— Сто процентов, — заверил Скрип.

У Рима на душе немного отлегло.

— Ну что же, — хмыкнул Бык. — Значит, нам надо в Лувр.

Его слова прервал новый шум. По дороге, через перекресток, катились повозки. Их были десятки. И далеко не все могли похвастаться наличием лошадей, запряженных в них. Напротив, большинство повозок катили люди — человек по шесть-восемь. Ещё больше раздражал невыносимый грохот от катящихся бочек.

Это была совершенно другая толпа. В отличие от оборванцев, она могла похвастаться более-менее пристойной одеждой. Почти все были люди молодые. И повадками напоминали шальных студентов, которых выпустили с лекций впервые за три месяца.

— Да черт побери, — возмутился Чук. — Эти французы, по ходу, скучать вообще не умеют. Вечно у них движуха какая-то.

Фифа закрыла уши руками. Похоже, звуки грохота ей были невыносимы.

— Двигай в Лувр, — скомандовал Рим. — Расскажи по дороге, что за День баррикад.

— Да исторический день, командир, — сказал «синеглазка», в то время как они продвигались, следуя за какой-то торговкой, что везла кувшины с молоком на тележке. — Что такое баррикады, надеюсь, все знают?

— Ну, — буркнул Кот.

— Так вот, сегодня первый день в истории Франции, когда это понятие вообще появилось. Слово было, но почти не использовалось.

— Давай ближе к теме, — попросил Рим. — Основные стороны конфликта. Имена, участники, развязка.

— Развязку не скажу, — сказал Скрип. — А участников вполне назову. Некто герцог Генрих де Гиз пытается выбить с трона законного короля Генриха Третьего. Собственно, того, к кому мы идём. И к кому направился испанский посол…

— Подожди, подожди, — перебил его Бык. — Два Генриха?

— Не родственники, — вставил Задрот.

— Ну ладно, — сказал Бык. — А то знаешь, после вчерашнего я бы не удивился, что они братья. Однояйцевые. И сиамские. Сросшиеся задницами.

— Ну, амбиции у них наверняка одни и те же, — предположил Кот. — Снова борьба за власть?

— Да, только странная какая-то, — сказал Скрип. — Исторически считается, что Генрих де Гиз победил. Он заставил короля бежать из Лувра, да и вообще из Парижа. Только сам на трон не сел. Ему предлагали, но он отказался.

— А кто тогда сел? — спросил Цинк.

— Да никто. Истинный король подождал, пока все перебесятся, вернулся назад и продолжил править. Всё.

Чук с Геком переглянулись и синхронно пожали плечами.

— Сурово, — заметил Кот. — Дзю не хватает. Он бы сказал от души. А я бы с ним поспорил.

Все понимающе помолчали.

Дзю пришлось оставить в Англии, в замке Шеффилд. Его рана не позволяла ему полететь со всеми на боевую операцию. Мария Стюарт обещала о нём позаботиться, как о защитнике короны. Хотя Рим подозревал, что его просто оставили в заложниках. И только на этих условиях отпустили остальных из замка. С другой стороны, та же Мария была такой же заложницей у Елизаветы последние восемнадцать лет. И не похоже чтобы сильно жаловалась.