— Если бы мы задержались с тем раненым…
Арасэ не дал ему договорить.
— Здесь тоже раненые.
— Я понял.
— Хорошо. Запомни это чувство. Оно неприятное, зато полезное.
Миэ стояла у края палатки и смотрела на носилки внутри. Там лежал мужчина с перебинтованной грудью. Рядом медик держал кровь руками, пока второй разматывал свежий бинт.
Она тихо сказала:
— На бумаге груз.
Я ответил:
— На деле чья-то лишняя минута жизни.
Такэо услышал.
— Ты опять так говоришь, что спорить сложно.
— Можно попробовать.
— Нет уж. Я сегодня уже достаточно развился.
Миэ посмотрела на него.
— Особенно в узлах.
— Вот. Хоть кто-то ценит.
— Я сказала «особенно», потому что остальное спорно.
— Кагэно, ты ужасный человек.
— Зато тихий.
Арасэ подписал бумаги у начальника склада и вернулся к нам.
— Десять минут отдыха. Вода, еда, туалет. Потом назад.
Такэо сел прямо на землю.
— Десять минут звучит как богатство.
— Потрать достойно, — сказала Миэ.
— Я съем онигири.
— Почти достойно.
Я достал один из свёртков Айко и отдал Такэо. Тот посмотрел подозрительно.
— Это что?
— Еда.
— Почему мне?
— Мама положила слишком много.
— А если отравлено?
Я посмотрел на него.Он выдержал секунду, потом забрал свёрток
— Ладно, рискну ради команды.
Миэ села рядом, но на расстоянии.
— У тебя правда три свёртка?
— Да.
— Твоя мама волнуется.
— Да.
Такэо уже жевал.
— Передай ей, что вкусно.
— Сам скажешь, если познакомитесь.
Обратный путь прошёл тише.
Дорога была той же, но команда двигалась иначе.
Такэо больше не спорил с хвостовой позицией. Пару раз он сам поднял руку, заметив шум в кустах. Один раз это оказалась птица, второй — ветка, сорвавшаяся после ветра. Арасэ оба раза проверил и ничего не сказал резкого.
Миэ сообщала даже слабые ощущения.
— Справа пусто, но там старый след чакры.
— Принял, — говорил Арасэ.
Она каждый раз будто ждала упрёка. Упрёк не приходил. С каждым разом голос у неё становился увереннее.
Я держал место в строю.
Несколько раз хотелось сместиться удобнее. Закрыть угол, выйти ближе к деревьям, взять обзор под себя. Я оставался там, где нужен группе. Это раздражало. Значит, работало.
На развилке тележки уже не было.
На земле остались следы колеса, капли крови и отпечатки нескольких сандалий. Патруль пришёл. Раненого забрали.
Такэо остановился на секунду.
— Его увели.
Арасэ посмотрел на следы.
— Унесли.
— Живого?
Арасэ присел, коснулся земли рядом с кровью.
— Скорее всего.
Такэо выдохнул.
— Хорошо.
Миэ тихо добавила:
— Значит, шанс сработал.
Такэо посмотрел на меня, будто хотел что-то сказать. Потом передумал.
Иногда молчание у него получалось лучше слов. Редкое явление, надо беречь.