Арасэ быстро обыскал мужчину, выудив пару ржавых кунаев, три взрывные печати и чей-то чужой, уже пустой кошель.

— Обычные мародёры. Может, бывшие наёмники, может, дезертиры. Документов при них нет. На складе с ними разберутся.

— Мы их прямо туда потащим? — скривился Такэо.

— Свяжем и сдадим посту. Хаяси, давай свои узлы.

Такэо просиял.

— А я говорил! Вот верёвка и пригодилась!

Арасэ смерил его холодным взглядом.

— Всего одна.

— Но ведь пригодилась!

— Не начинай радоваться так громко, а то отберу.

Пока я поднимал спрятанный ящик, ко мне подошла Миэ.

— Ты начал двигаться к нему ещё до того, как он вышел из куста, — тихо сказала она.

— Куст качнулся.

— Я тоже видела куст. Но ты отреагировал быстрее.

— Значит, у тебя хорошее зрение.

Она внимательно посмотрела мне в глаза.

— Ты всегда отвечаешь так, чтобы по итогу ничего не сказать?

— Долгие тренировки.

— В Академии такому точно не учили.

— Это семейное.

Она хотела добавить что-то ещё, но её прервал оклик Арасэ:

— Кагэно! Хватит сверлить Учиху взглядом. Он всё равно пока ни в чём полезном не признается.

Такэо повернулся ко мне с любопытством.

— А есть в чём признаваться?

— У каждого есть, — пожал плечами я.

— Вот теперь мне стало по-настоящему интересно.

— Сначала доживи до склада.

— Умеешь ты поддержать товарища.

Пленных мы конвоировали минут двадцать. Промежуточный склад оказался хорошо укреплённой точкой у самой дороги: высокий деревянный частокол, две дозорные вышки, несколько палаток, стойкий запах дыма, крови и медикаментов. У ворот нас встретил чунин с перемотанной щекой. Он бегло проверил у Арасэ документы, скользнул взглядом по нам, а затем уставился на связанных мародёров.

— Богато пришли.

Арасэ молча передал ему изъятые печати.

— Двое на дороге. Один пытался использовать взрывную.

Чунин болезненно поморщился.

— Опять...

— Часто такое бывает?

— Третий раз за эту неделю.

Он махнул рукой двум шиноби из караула. Пленных тут же увели. Первый грязно ругался.

Я поставил ящик на стол у палатки снабжения. Медик, худой мужчина с красными глазами от усталости, проверил печать.

— Целая.

Он распечатал крышку, заглянул внутрь и вдруг выдохнул так, будто с плеч сняли мешок камней.

— Наконец-то.

Такэо стоял рядом.

— Что там?

Медик уже вытаскивал бинты.

— То, чего у нас час назад стало слишком мало.

Он крикнул в палатку:

— Рина, бинты пришли! Таблетки тоже!

Изнутри ответил женский голос:

— Тащи сюда, у третий снова кровь пошла!

Медик схватил половину содержимого и исчез внутри. Такэо смотрел ему вслед. Лицо у него менялось медленно. Злость, которая держалась после развилки, стала чем-то другим. Он обернулся на Арасэ.