Такэо медленно, без лишних рывков, извлёк кунай. Арасэ коротко глянул на меня. Я тут же опустил ящик в корни дерева и забросал его ветками. Быстро. Без использования шарингана.

Из кустов на дорогу вывалился человек в засаленной серой куртке. Без протектора, лицо густо заросло щетиной. Руки вроде бы пустые, но правая кисть подозрительно близко к широкому рукаву.

— Эй, шиноби! — хрипло крикнул он. — Дорога дальше закрыта.

Арасэ стоял совершенно расслабленно.

— Кем это?

— Патрулём.

— Каким именно патрулём?

Мужчина запнулся буквально на долю секунды.

— Коноховским, каким же ещё.

Плохой ответ. Второй засел слева от нас. Я заметил неестественное движение: ветка качнулась против ветра, а затем резко замерла. Миэ тоже это уловила — её пальцы уже складывали печать.

— Хаяси — передний. Кагэно — левый. Учиха — груз, — отдал команду Арасэ.

Такэо сделал угрожающий шаг вперёд.

— А ну отойди от дороги.

Мужчина криво усмехнулся.

— Слышь, малой, ты бы старших слушал. Давай сюда ящик, и пойдёте домой целыми.

Такэо чуть повернул голову ко мне.

— Он меня малым назвал.

— Не отвлекайся, — шикнула Миэ.

— Я просто зафиксировал факт.

Мужчина дёрнул рукой. Такэо сорвался с места. В этот раз он не стал слепо нестись вперёд: вошёл в зону удара резко, отбил руку противника, выбивая скрытый в рукаве кунай, подставил плечо и жёстко вдавил мародёра назад. Тот оказался крепким орешком, попытался ударить коленом в живот, но Такэо устоял.

В это же время слева из кустов выпрыгнул второй. Миэ встретила его заготовленным гендзюцу. На секунду противник дезориентировался и ударил кунаем в пустоту, где, видимо, увидел её иллюзорный силуэт. Этого было более чем достаточно. Я метнул сюрикен ему под ноги, заставив сбиться с шага, и зашёл сбоку. Резкий удар в запястье, разворот, подсечка — и он с руганью рухнул на колени. Я мог бы закончить всё гораздо быстрее, но намеренно сдержался.

Тем временем Такэо почти скрутил первого, но тот извернулся и потянулся свободной рукой к поясу. Взрывная печать.

Арасэ оказался рядом быстрее, чем можно было моргнуть. Одно смазанное движение — и мужчина летит лицом в грязь, рука неестественно вывернута за спину, а печать уже зажата между пальцами джонина.

— Плохая у тебя привычка, — философски заметил Арасэ.

Второй попытался вырваться. Миэ вновь сжала печать, продлевая иллюзию и сбивая ему фокус, а я придавил его к земле, уперев колено между лопаток.

— Лежи тихо, — посоветовал я.

— Да понял, понял я! — заскулил он.

Такэо тяжело дышал, навалившись всем весом на своего пленника.

— Это вообще кто такие?