Из одной вышел Сунь Укун. С его обычной ухмылкой и глазами, в которых живёт хаос.

Из второй — Гильгамеш. Спокойный, уверенный, собранный.

Они встали рядом.

Две противоположности. Один — высокомерный, но справедливый Правитель. Другой — игривый и свободолюбивый Царь.

И оба смотрят прямо на меня.

— Ты уже здесь? — удивился Гильгамеш. — А я думал, что ты сначала разберешься с остальными столпами, и только после этого придешь сюда. — произнес он.

В этом месте прошло не больше нескольких секунд с момента, как их сюда закинуло. Неудивительно, что они посчитали, что я пришел сюда первым.

— Возможно так и было, — добавил Сунь Укун, оглядываясь. — В этом мире двенадцать независимых измерений. И в каждом время идет по отдельности. Скорее всего он уже разобрался с оставшимися. — верно предположил он.

Ну, вообще я планировал сейчас прийти именно к Сунь Укуну, но, раз уж так получилось, что они вместе, я почти и не против.

— Я, конечно, всё понимаю, — сказал я. — Но вам ведь было удобно по разным углам сидеть. Кто из вас не выдержал первым?

Сунь Укун усмехнулся.

— Мы решили, что одному из нас скучно, а вдвоём веселее.

— Веселее убивать, — добавил Гильгамеш.

Его голос звучал, как сталь, которая уже выбрала цель.

Не сложно понять, кого они собирались «убивать».

Я посмотрел на них. Не спеша. Без показного интереса.

— Знаете, я ведь давно догадался, кто вы.

— Правда? — Гильгамеш приподнял бровь. — Разве это был секрет?

— Был, — ответил я. — По крайней мере, для большинства.

Они переглянулись.

Я продолжил:

— Когда мы впервые встретились, вы уже вели себя странно. Ты, Гильгамеш, говорил не как царь, а как человек, который знает слишком много о современных понятиях. А ты, — я кивнул на Укуна, — Слишком хорошо понимал шутки про смартфоны.

Сунь Укун хмыкнул.

— Мелочи.

— Нет, — сказал я. — Не мелочи. Всё сошлось позже. Ваша манера говорить, реакция, энергия. Вы оба не просто герои. Вы — копии. Или вернее — обрывки воспоминаний.

Гильгамеш перестал улыбаться.

— Осторожнее с выводами.

— Я уже не предполагаю, — ответил я, и посмотрел им в глаза. — Я уверен. Передо мной стоят не Сунь Укун и Гильгамеш. Передо мной стоят Виктор Громов и Гаврил Леонов. Или вернее жалкие копии того, как нас кто-то запомнил.

Воздух дрогнул. Укун перестал смеяться.

Гильгамеш — наоборот — впервые по-настоящему улыбнулся.

— Ну вот, — сказал он. — Игра кончилась. — его взгляд стал пугающе холодным. — Но вот за «жалкие копии» ты ответишь. — обещал он.

Я почувствовал, как внутри меня паникует Вирус.

[Это что получается, я пытался спасти тебя от Трикстера, но сам привел ему прямо в руки⁈]