— Их тысячи! — закричал один из бойцов. — Нам не победить!
— Отступаем! Я прикрою! — скомандовала Лоис.
Её костюм сменил конфигурацию. Пластины сошлись в мощный щит. «Контроль» поднял обломки пола и выстроил вторую линию обороны.
Ударная волна накрыла заслон.
Щит выдержал. Трещины пошли по поверхности, но он держался.
Пауки полезли по стенам и потолку.
Техник справа закричал — ему срезало плечо. Он упал. Паук вцепился в шлем. Второй боец разрубил тварь, но следующий ударом конечности отсёк ему ногу.
— Чёрт! Их слишком много! — прошипела Лоис.
Пауки шли волнами. Убить одного — уже сложно. На его место тут же врывались новые десять.
За минуту троих американцев разорвали без шансов.
Остальные отступали, прикрываясь щитом Лоис. Она использовала отрубленные паучьи ноги как снаряды, сжимая их и бросая обратно в толпу.
Это лишь замедляло волну.
— Вверх! К тому проходу! — приказала она. — Там нас не смогут окружить!
Группа рванула к боковому ярусу.
Снизу ударил новый таран.
Щит выдержал.
Пол под ним треснул. Из щелей полезли новые пауки.
Один прыгнул на щит — Лоис сбросила его резким ударом. Левый флапер ушёл в защиту, правый — в удержание стены.
Они добежали до перегиба.
За ним стало тише.
На минуту.
Лоис развернула заслон и перекрыла проход. Волна ударила — и… отхлынула.
Пауки не полезли дальше.
Они остановились.
И быстро исчезли.
— Почему…? — прошептал кто-то.
Возможно, кто-то спровоцировал их.
Лоис было стыдно это признавать, но она была рада, что в этот раз добычей стали не они.
— Потери? — спросила она.
— Трое погибли. Пятеро на ногах. Двое ранены, — ответил заместитель.
— Я ошиблась, — тихо сказала Лоис. — Это моя вина…
— Сейчас не время для самобичевания, — жёстко напомнил техник.
Она кивнула.
— Нам нужно прятаться. Если пауки вернутся — надолго я их не задержу.
Группа отступила. Спрятались. Выдохнули.
Казалось, что опасность миновала.
Но кошмар только начинался.
Из правого коридора показалась новая группа.
Индийцы.
Впереди — Сераф.
За ним — плотная восьмёрка бойцов. Шлемы закрыты. Оружие на изготовку.
— Во имя Кришны, — произнёс Сераф. — Сдайте кристаллы. Идите с миром.
Американцы напряглись.
Двое заняли углы.
Один медленно поднял ствол.
— Опусти, — тихо сказала Лоис. — Опусти, я сказала.
— Капитан… — прошипел боец, не сводя прицела. — Но ведь…
— Нас меньше. У нас раненые. Мы отдали почти все силы, — хмуро произнесла Лоис, не повышая голос, но так, чтобы её услышали все. — Если вступим в бой, они нас дожмут. Мы и так многих потеряли. Я не позволю и вам погибнуть.
В её голосе не было паники. Только холодный расчёт. И усталость.