Ну да, дурака я свалял, понабивал татау сверх всякой меры… Так что, товарищ Сархан, сцепи зубы, поудобнее перехвати кард и вперед — крошить недобитков! Смахнув с лица кровь и паучьи внутренности, я огляделся, увидел новую волну мохноногих и лупоглазых паучел и зарычал, шагая им навстречу под аккомпанемент автоматных очередей и матерщины опричников:

— Но мы подымем гордо и смело

Знамя борьбы за ордынское дело!

Знамя великой борьбы всех народов

За лучший мир, за святую свободу!

Нам оставалось пройти километра четыре, не больше, и я старался не думать о том, что впереди наш мощный и великолепный отряд поджидала капитальная срака: Хранитель Хтони!

* * *

Следы пребывания в Хтони Михаила Гределя и вампирской эльфийки Исилиэль, а точнее — их охраны — мы увидели у подножия Парашки. Туда мы добрались в весьма измотанном состоянии, заляпанные в паучьих ошметках, грязи, хвойных иголках и кровище. Основную массу тварей удалось покрошить, Инцидент, спровоцированный массовым заходом в Хтонь магов, был задушен, и теперь Орда в почти полном составе собирала трофеи, а мы — двигались дальше.

И когда я уже всем нутром чуял биение сердца Аномалии — Эпицентра, мы увидели эти замечательные гирлянды. Точь-в-точь, как в кино про хоббитцев и кольцо: эдакие уютные коконы продолговатой формы, идеально упакованные, как багаж в аэропорту. Только вместо пластиковой пленки — паутина.

На ветвях высоченной березы болталось что-то около дюжины таких сверточков. Конечно, я спел, куда ж без этого:

— Висит на березе,

Колышется ветром… . — и потыкал концом карда в один из них.

— Заткнись, Бабай! И хватит тыкать! Это же люди! — вызверилась Роксана и снова запустила свой торнадо, который довольно бережно стряхнул паучьих пленников с веточек и опустил их на землю.

Опричники принялись за дело: орудуя уставными тесаками, они взрезали коконы и обнаружили там мужчин и женщин в милитари-комбезах и остатках доспехов. На лицах у них застыли странные гримасы, рты были искривлены, глаза — выпучены. Наверное — побочный эффект от домашней консервации… Хотя у меня самого рожа была, наверное, не лучше, когда ко мне на спину тот паучонок запрыгнул! Ну, вот гидосно мне от них, хотя уруки сами по себе народ не брезгливый, но есть в этих тварях что-то эдакое, прямо передергивает. Лучше по Большой Клоаке часок-другой шляться.

Когда гределевских дружинников освободили от пут, Роксана и фельдшер Поликарпыч занялись медицинскими манипуляциями. Нельзя сказать, что все было быстренько и запросто, реанимационные процедуры проводились довольно долго. Применялись традиционные для местной высокотехнологичной медицины средства вроде автоматического инъектора и этой странной коробочки, которая ползала по телу и билась током… А еще, судя по потокам эфира, Ртищева конденсировала ману из воздушной стихии и направляла ее по энергетическим каналам пациента. «Дружинник» практически всегда равно «пустоцвет», или — маг-слабосилок, поэтому такая подпитка служила прекрасным дополнением к медикаментозному лечению. И в общем-то понятно, почему воздушники-аэроманты работали в этом направлении лучше всего… Воздух — вот он, повсюду! Филипп Текели даже и не подходил к раненым, хотя тоже был полностью инициированным магом. Ему для того, чтобы подпитать пострадавшего, пришлось бы лес вокруг поджигать!