Но — деваться некуда, план мы придумывали как-то без оглядки на мелочи вроде высоковольтных проводов…
Так что я дождался, пока громадина электровоза прогрохочет внизу, присмотрел открытый вагон с черным топливом, сложил руки на груди — и сиганул вниз солдатиком, стремительно пролетев промеж двух проводов и, кажется, шкурой почувствовав чудовищную мощь электромагнитных полей. И с хрустом обрушился на кучу каменного угля. Должно было звездануть! Но — не звездануло… Может, татау на удачу помогли?
— Ну ты и придурок, Бабай! — сказала Райла, перебираясь через борта вагона. — Аш глоб, точно. Исключительный псих. Кто ж между проводами прыгает? Надо сбоку и за скобы на стенах цепляться!
Как оказалось через несколько минут, исключительным психом тут был не я. Это мы поняли, когда с автомобильного моста прямо к нам в вагон грохнулся сначала станковый пулемет, потом — короба с пулеметными лентами, а потом — Радгаш Беспалый! И вот ему — звездануло. Разряд шибанул такой, что аж в глазах зарябило, и я подумал, что всё, спекся наш шаман, и осыплется в уголь только горстка пепла, ан нет! Вскочил, падла клыкастая, волосы — дыбом, дымятся, брови сгорели на хрен, ресницы — тоже, но рожа — довольная!
— Бодряще! — сказал он, огромной лапищей своей пытаясь вытереть морду, но только больше размазывая по хлебальнику угольную пыль.— Бабай, ты обещал сделать из меня уберсолдата, да? Ты сделал!
* * *
https://www.youtube.com/watch?v=nfQBvIj4UEcесли кому интересен похожий ритм и сама мелодия, со всем уважением к адыгэ и апсуа
Глава 21 Воссоединение
Черной-черной ночью из черных-черных вагонов с черным-черным углем полезли черные-черные уруки, приглушенно и по-черному матерясь и вытаскивая на своих черных-черных широченных плечах провиант и оружие. Конечная станция — Хунедоара! Точнее — комбинат Аркелор-Миттал. Профукали мы вспышку, уголь направлялся не на какую ни на ТЭС у границ Хтони, а на самый что ни на есть металлургический комбинат, который тут, оказывается, располагался и работал уже черт знает сколько времени. В качестве сырья использовался добываемый в горах Пояна-Рускэ железняк и этот самый каменный коксовый уголь из Петрошенского угольного бассейна.
Как пояснил разумный доктор Сагдей, кокс — это продукт серого цвета, получаемый путём коксования каменного угля при температурах 950—1100 °С без доступа кислорода, а не всякая наркотическая дребедень. И для изготовления этого необходимого для выплавки стали и чугуна продукта годится далеко не всякий уголь! Тот, внутри которого путешествовали мы — годился.