— От быдла слышу, — откликнулся я, решительно шагая вперед по коридору. — Слушай ты, отсосатель! Отвали от Урбеча! Если не дашь турку спокойно помереть — я тебе башку в жопу засуну! Я уверен: меньшее, чего бы он хотел перед смертью — так это чтобы у него отсасывала такая мерзкая харя… Нет, будь ты белокурой Хюрем-султан, я думаю, он бы не отказался, но ты-то не белокурый! У тебя наросты на башке и вместо носа какая-то хренотень нездоровая… Короче, дай дядьке помереть по-людски, что ты, ять, как нерусский? Не смей у него сосать, сдрисни на хрен с пляжа, а то, повторюсь — твоя голова в твоей же заднице будет!
Я был серьезен как никогда. Эргенч, хотя и оставался моим врагом, но такой ереси перед скоропостижной кончиной точно не заслужил. Но Кантакузен мне не поверил… И, по секрету вам скажу, очень даже зря!
Глава 16 Голос из глубин
Кантакузен просчитался. Снова — сраная самонадеянность всему виной! Я и сам на этом уже не раз погорел — и фигурально, и буквально, — и поэтому теперь старался быть предусмотрительным засранцем. Вот и теперь, проявляя несказанную борзоту в диалоге с одним из самых страшных существ нашего мира… Ну, вот я и назвал Твердь «нашим миром», можно сказать — ассимиляция, диффузия и инфильтрация попаданца удались! И — да, носферату были очень опасны. Я помнил, как они крошили целые сотни ордынцев в Сколевских Бескидах! И теперь моя уверенность была основана на двух фактах: во-первых — я действительно вырос над собой, а Резчики урук-хая тоже были зверски свирепыми гадами, а я теперь мог считаться не доморощенным самоучкой, а настоящим Резчиком! Ну, и во-вторых, я в преддверии грядущего звиздеца все-таки обкатал тему с алхимическими антивампирскими символами.
Райла попросила сделать ей татау с пиктограммами Солнца и Луны — то есть золота и серебра — прямо на шее, в районе сонной артерии. Да, да, понравилось ей, как смотрится, решила девочка пофорсить. Ну и типа, если упырь укусить захочет — офигеет!
И у меня они тоже проявились — правда, на руке. Ну и хорошо, ну и ладно. Кантакузену от этого было не легче… Он, гад такой, метнулся ко мне стремительным домкратом, просто ввинтился в воздух, ухватил меня за патлы и впился мне куда-то между плечом и шеей. Не двинуть ему со всей дури кулаком в мерзкую харю, по этой самой хренотени, которая у носферату вместо носа, было адовой задачкой. Но — сдержался. Чисто в исследовательских целях!
Так что Кантакузен прокусил мне трапециевидную мышцу и даже вроде как попробовал присосаться, и было зверски больно. А потом упырь отпрянул, ошалело осмотрел меня с ног до головы, помотал своей головешкой и вдруг сказал: