— Дымы… Это орудует Шаграт! Шаграт и его банда. Он всегда говорил Шарку, что тот делает неправильно, завязывая татау на свою жизнь… Шаграт не делал татау. И я не делал. Поэтому — я здесь, Шаграт со своей бандой на свободе и даёт упырям просраться, а все остальные, кто поверил Шарку — в рабских ошейниках.

До островка осталось совсем немного, Сагдей обернулся, чтобы причалить аккуратно, а я спросил:

— А почему ты мне обо всем этом рассказываешь так просто? Не опасаешься?

— Хе! — Сагдей Лучник дождался, пока шлюпка ткнется в отмель носом, резко оттолкнулся ногами, выпрыгнул за борт и принялся перебрасывать на берег связки наловленной рыбы и вязанки с плавником (древесиной, собранной на берегу моря). — Ты — урук. Тебя постараются убить все, кого ты встретишь на берегу. Кроме других уруков… Хотя — и они тоже, скорее всего. Тебе некуда идти, ты чужак. А еще — у тебя татау. Значит, ты или из российских таборов, или прямиком с Борнео. И у вас есть Резчики… И ты точно много-много раз общался с одним из них: вон какая расписная у тебя рука! Если ваши Резчики правильные — то мы могли бы договориться. Мы могли бы спасти уруков Монтенегро. Хотя какую плату потребует за это Резчик — я и представить себе не могу.

Чтобы скрыть некоторое замешательство, я тоже выпрыгнул из шлюпки, и мы вдвоем подняли ее и перенесли в небольшую пещеру, где лодка была незаметна с моря. Потом, нагрузившись рыбой, дровами и прочим скарбом, я потрусил за оркопедом… То есть — за ортопедом, конечно — к его бунгало, которое скрывалось среди скал и деревьев. Я наконец разглядел его лук: короткий, с крутыми изгибами плеч, изготовленных из рогов какого-то животного. Определенно — оружие было мощным! Но пристрастие к такой архаике выглядело странно: на Балканах запрета на ношение и применение огнестрела для уруков не существовало, и использовать лук вместо АГС или ручного пулемета — идея сомнительная…

Островок-то был совсем небольшой: эдакая клякса метров ста в диаметре, но — со сложным рельефом. Самопальная хижина, собранная из самых необычных материалов (обломков кораблей, рекламных щитов, металлопрофиля, крупных кусков плавника, фанеры, пластика и прочего), расположилась под естественным каменным козырьком одного из утесов. Тут же имелась сложенная из камней печь, большой металлический резервуар для воды с коробкой опреснителя и ручной помпой рядом, коптильня, лабаз на небольших сваях… В общем — убежище из разряда «нет ничего более постоянного, чем временное». Вряд ли респектабельный бакалавр медицины рассчитывал, что задержится в этих живописных пердях надолго!