— Это, ять, что — традиция такая у вас? Местное приветствие? Или вы просто мерзкие подонки, как все уруки? — вежливо осведомился я. — Дядя, может, скажешь мне хотя бы «здрасьте»?

— Забор покрасьте, — откликнулся Шаграт. — Мне из тебя чорбу не варить и с тобой детей не крестить, так что ты либо говоришь, что ты за хрен, либо я бью тебе в рожу.

— Ну-ну, — сказал я. — Это можно попробовать. Со всем удовольствием!

Бандиты Шаграта мигом приободрились. А ну как вправду подеремся? Числом эта ватага составляла что-то около полусотни грязных воинственных бродяг, обряженных в лохмотья и увешанных оружием с ног до головы. На остров они прибыли на моторках, и на этом клочке земли сразу же стало тесно. Интерес их был весьма понятен: в контейнерах, просунутых через портал заботливыми руками русских опричников, находились ПТУРы и ПЗРК, то бишь — противотанковые и зенитные портативные ракетные комплексы. То самое счастье для всех и даром, которое в руках таких воинственных и способных до всего смертоубийственного громил могло стать причиной изрядных головных болей у балканского военного руководства и больших потерь среди карательных отрядов. Что, у носферату не бывает головных болей? Ну, ровно до тех пор, пока в башку ПТУР не прилетит. Или ПЗРК, если цель летающая.

Мне до сих пор было сложно привыкнуть к местным магическим реалиям. Тут головку наведения у зенитных ракет можно было поменять на артефактную, и тогда навестись на биологический объект типа того же высшего вампира особой проблемой не являлось…

Шаграт меж тем навис надо мной и пучил глаза. А я подумывал над тем, чтобы врезать ему коленом по яйцам, а когда он согнется — добавить коленом же по хлебальнику. У уруков яйца — тоже болючее место. Это мне совершенно точно известно.

— Да у тебя татау! — сказал вдруг орк. — Мужики, у этого женоподобного хрена — татау на руке! Это чужак!

Похоже, он догнал, что раз Шарку подох и все его татау коллапсировали, то мои узоры появились явно из другого источника. Но вслух это произносить я не стал. Не дожидаясь реакции урук-хая, я выдал:

— Да, да… Гоните его, насмехайтесь над ним! Или включайте мозги: у вас татау нет, а у меня есть — и работают… Что бы это значило?

— Шарку выжил? — спросил кто-то.

— Идиот, у него почти весь рукав забит, Шарку никак не успел бы сделать это! — одернул его другой. — Даже если бы был жив! А он не жив! Он скопытился и околел!

— У тебя акцент, — отступил на шаг Шаграт. — Но ты не такой черный, как головорезы с Борнео! Значит, ты — русский. И терся вокруг того молодого ублюдка из Сан-Себастьяна…