— А как насчет тех русских пленников? — уже махнув рукой в прощании, вдруг вспомнил фон Риттен.

— Вот потому и отбываю на материк, — пожал плечами Скорцени. — Видимо, моим шефам я нужен по каким-то причинам.

— Уверен, вы справитесь! Хайль Гитлер!

— Хайль Гитлер!

Спустя шесть часов, главный диверсант третьего рейха отбыл секретным маршрутом с подводной верфи Базы-211. За собой он оставлял полностью автономный конгломерат с десятком тысяч обитателей того гигантского во льдах комплекса, который уже сейчас, в конец сорок четвертого года именовался Новым Берлином.

Курс секретной субмарины лежал к континенту Европы. Там его ждали. Там ему предстояла новая работа. Фюрер остался под крылом коменданта. Скорцени теперь был спокоен.

* * *

А между тем Густав Фридрих Кролль, он же глава третьего рейха, он же в недавнем прошлом наци номер один, сидел у себя в мастерской. Блонди — овчарка Гитлера — примостилась в ногах. Фюреру только что доложил адъютант, что Отто Скорцени отбыл тайным маршрутом на материк. Ева успела поблагодарить их друга за проведенную экскурсию, а сам Гитлер перед этим отдал устные распоряжения Борману с Гиммлером. Отдельным текстом шли указания Дёницу, отдальным — Канарису. Это был тот самый узкий круг, кто знал, где находится фюрер.

— Что там у нас, милый? — взяла Ева в руки чертеж. — Снова проекты верфей, заводов, ангаров? А когда будут парки, аллеи, скверы, сады?

— Будут, мой ангел, будут и бассейны и парки. Мы построим здесь в Антарктиде настоящий подземный мир! Отсюда пустят корни новые поколения нации!

Фюрер сел на любимого конька. Речь распалялась. Безразлично — слушает один или тысячи. В такие мгновения Гитлер входил в кураж исступления. Брызгал слюной, кривился гримасами, вскидывал жесты. Метаморфоза перевоплощения из инженера ведомства Бормана в прежнего властелина половины Европы была налицо. В дверях показался личный врач. Ева скосила глаза на супруга, давая понять, что пришло время применять препараты. А Гитлер вещал:

— Отсюда мы двинемся вновь! Мы возродимся! Мне доложили, что в саркофагах заморожен новый генетический фонд нации. Сейчас мы в укрытии, но время настанет!

Отбросив холст с чертежами, фюрер стал лихорадочно мерить шагами кабинет мастерской.

— Новые поколения, разморозившись, заполнят наши ряды ветеранов. Пусть пройдет год. Пройдет два. Пройдет даже три! Но мы возродимся!

— Мой господин… — приблизился врач. — Вам пора отдохнуть. Эти эскизы, — обвел он рукой холсты с чертежами, — отнимают у вас массу сил.

— Он прав, дорогой! — в унисон поддержала супруга. — Пойдем, погуляем. Отто Скорцени показал мне столько всего любопытного! Здесь, во льдах, столько прекрасного!