Сначала это были лишь размытые тени, клубящиеся в недрах темноты. Но по мере того, как они поднимались, тусклый свет выхватывал пугающие детали. Стая. Рой. Истинные хозяева Ущелья Слепого Короля.

Твари были размером с крупную собаку. Лишенные перьев, покрытые бледной, полупрозрачной кожей, они состояли из длинных кожистых крыльев с выступающими когтями на суставах и непропорционально огромных, разинутых пастей, усеянных острыми зубами. У них не было глаз — только глубокие, темные впадины на плоских мордах. Они ориентировались на запах. Запах свежей крови, который сейчас пропитывал все вокруг.

Шум тысяч перепончатых крыльев перерос в ревущий ураган. Волна бледных, хлопающих тел поднималась из пропасти, подобно ожившему дыму. Мы замерли в оцепенении, прижавшись к скале. Если эта туча метнется в нашу сторону — от нас не останется даже костей. Они обглодают нас за секунды, сдирая плоть вместе с доспехами.

Но рой не повернул к нам. Их влекло нечто более доступное и обильно кровоточащее.

Основная масса кожистых ублюдков хлынула на противоположную сторону разлома. Прямо туда, где лежал Лорис.

Южанин издал один-единственный, булькающий вопль, полный невыразимого, абсолютного отчаяния. Он попытался прикрыться своей здоровой рукой.

Первая крылатая тварь с глухим стуком приземлилась ему на грудь, мгновенно вгрызаясь зубами в ключицу. За ней — вторая, третья, десятая. Через мгновение фигура Лориса просто исчезла. Он превратился в шевелящийся, хлопающий крыльями и брызгающий кровью курган бледной плоти. Твари рвали его на куски, дрались между собой за ошметки шелка и мяса, издавая мерзкое, стрекочущее верещание. Хруст перемалываемых костей и звук разрываемой ткани доносился до нас кристально ясно.

— Отходим… — голос Даррена прозвучал тихо. Командир, бледный как полотно, медленно, не делая резких движений, пятился вглубь нашей спасительной галереи. — Не шуметь. Не привлекать внимания. В тоннель. Все.

Никто не спорил. Крэга, который к этому моменту впал в спасительное беспамятство, Молчун и Бран волокли по полу, стараясь не звенеть его доспехами. Лира шла сама, ее глаза были стеклянными.

Я уходил последним. У самой арки, ведущей вглубь Змеиного Хребта, я бросил последний взгляд на разлом.

Мост Великого Перехода был уничтожен. Лориса больше не существовало — лишь багровое пятно на черном камне, над которым все еще роились хлопающие крыльями твари, доедающие остатки.

Путь в Эре-Нергал оказался открытым. Но цена за вход была уплачена сполна. Я развернулся и шагнул в темноту гномьего тоннеля, зная, что худшее еще только впереди. Ибо мы оставили дневной свет позади, а подземная тьма, клубящаяся впереди, уже знала наши имена.