Мои размышления были прерваны обрывком фразы, донесшимся от костра. Я прислушался, не меняя позы. Разговор, очевидно, завязался, пока я был погружен в свои мысли, и теперь набирал обороты, подогреваемый теплом огня и остатками выпитого эля, который Бран чудом спас в своем бурдюке.

— … и поэтому я говорю, что все это южные бредни! — вещал Бран, вытирая пену с рыжих усов. — Вы, городские, совсем забыли, как пахнет настоящая кровь!

Речь зашла о Теосе. В нашем проклятом мире, на всем огромном континенте Эльхара, была только одна вера, объединявшая все Семь Свободных Народов. Все верили в Теоса Всемогущего. Вот только дьявол, как всегда, таился в мелочах. Каждый народ, каждое королевство и каждый вольный город считали, что именно они поняли природу Творца правильно, а остальные — еретики, идиоты или слепцы. Из-за этих «тонких богословских различий» на континенте пролили больше крови, чем во всех войнах с орками вместе взятых.

— Теос — это не какой-то там торгаш с весами, который считает ваши грехи! — продолжал горец, его голос громыхал под сводами пещеры, перекрывая шум дождя. — На Севере мы знаем правду! Теос — это Первородный Волк. Он выковал этот мир из льда и железа, ударив своим копьем по первозданной пустоте! Он требует силы. Если ты сдох в постели, от старости и болезней, трусливо скуля, то твоя душа пойдет на корм червям. Теос принимает за свой пиршественный стол только тех, кто умер с клинком в руке, чья кровь впиталась в землю! И он пьет лучший эль, а не вашу кислую южную мочу!

Лорис, сидевший на перевернутом седле и полирующий пилочкой идеальные ногти, брезгливо поморщился. В свете костра его лицо, обрамленное золотистыми локонами, казалось изваянием из мрамора.

— Какая вульгарность, — протянул южанин, грациозно взмахнув рукой. — Ваш северный «бог» похож на немытого мясника в дешевой таверне. Теос не марает руки кровью и железом, дикарь. В городах Юга мы чтим Теоса-Архитектора. Золотого Ткача. Он создал мир как идеальную математическую пропорцию, как контракт, в котором все условия соблюдены. Он — покровитель искусств, красоты и честной торговли. Все в этом мире имеет свою цену, и Теос — Верховный Судья этой сделки. Молиться ему нужно не в грязи с отрубленной головой врага в руках, а в залах из белого мрамора, поднося в дар золото, тонкий шелк и безупречные стихи.

— Золото⁈ Шелка⁈ — Харгрим так резко подался вперед, что чуть не свалился в костер. Его желтые зубы оскалились. — Вы, долговязые ублюдки, вообще ничего не понимаете в Творении! Какой к демонам ткач⁈ Какая математика⁈ Мир — это камень! Мир — это руда!