Я про себя отметила, что подобный способ оказался в разы удобнее и очень спасал в ситуациях, когда под рукой не было специального подъемника, строительного крана или оравы помощников, готовых поднять седло на своих плечах. Осталось только донести это до упрямого сознания Мясника.

Кстати, о нем.

Пока никто не видел, я потрепала завра по морде и едва слышно напророчила:

— Будешь себя плохо вести, отдам на перевоспитание Бекке.

Мясник оценил масштаб подставы. Мясник в ужасе шарахнулся, едва не сбив с ног зазевавшегося Деймана. Мясник решил, что пора тикать, и шустро побежал к выходу. Там поддел носом край брезента и торопливо выбрался на свежий воздух.

— Какого демона⁈ — рыкнул адепт с факультета небовзоров, вскакивая на ноги и пронзая меня взглядом. — Твой звездокрыл вообще знает команды?

— Знает и выполняет — разные вещи, — вздохнула я и помахала хохочущей Бекке.

Мы с Дейманом наперегонки рванули к выходу, нагнали улепетывающего звездокрыла и ловко вскарабкались в седло.

— Прилетай еще! — крикнула на прощание девочка, выбираясь из шатра.

Мясник споткнулся на ровном месте. Решительно мотнул упрямой башкой. И окончательно уверился в том, что столь суровый в своем гостеприимстве Север ему не по нутру.

Короткий разбег. Мощный толчок. Решительное движение огромных крыльев цвета звездной ночи.

— Спасибо, Бекка! — крикнула я. — Мы обязательно…

Мясник резко передернул лопатками и оглянулся, явственно намекая на то, что я-то могу творить любую дичь, а он сюда больше ни-ни.

Не сдержав улыбки, я покачала головой и весело подытожила:

— Какие мы оказывается нежные и впечатлительные завры…

— Гра! — рявкнул «нежный и впечатлительный», энергично работая крыльями, унося нас все дальше от энергично размахивающей березовым веником Бекки.

По звездам убедившись, что мы летим в нужную сторону, а не туда, куда левая лапа Мясника решила, я укуталась в теплое одеяло, припрятанное в одной из ниш седла специально ради этой цели, и посмотрела на дремлющего рядом Деймана.

— Что? — буркнул тот, не открывая глаз.

Я покачала головой:

— Поверить не могу. Ты все-таки сбежал.

Губы парня дрогнули в едва заметной улыбке.

Так мы и летели. Дейман лежал и думал, какой же он молодец. Мясник работал крыльями и думал, как бы так поскорее забыть о том, что его заставила отжиматься какая-то несовершеннолетняя пигалица.

Что же касается меня, то здесь, на высоте несколько сот метров над океаном, я вдруг ощутила его. Ни на что не похожий вкус действий. То другое, особое состояние тебя, когда после стольких часов сомнений наконец берешься за дело и чувствуешь, как кипит внутри не знавшая все это время выхода энергия, а кончики пальцев покалывает от предвкушения.