С ним не были согласны другие представители Временного правительства. Трезвомыслящие головы в лице Мичо Любибратича и Стояна Ковачевича произнесли вслух то, что я ожидал от них услышать, — мысль о необходимости хранить родину от любого внешнего посягательства.
— Вам всем нужна объединяющая идея, — подсказал я вождям противостоящих лагерей. — Раз султан решил, что Боснии и Герцеговине придется справляться собственными силами, не подумать ли нам о возрождении Боснийского королевства?
После секундного замешательства во дворе поднялся гвалт. Все стали вспоминать, что за чудо-юдо такое, это Боснийское королевство. Один почтенный мулла напомнил, что оно существовало лет триста или четыреста тому назад. Его границы в лучшие годы простирались от Адриатики до Дрины. Идея всем понравилась — и магометанами, и христианам. Удивительно, заканчивался уже XIX век, а концепция феодального сепаратизма все еще цвела махровым цветом в этом богом забытом краю Европы.
— Если мы такое объявим, — рассмеялся Бабич, подкручивая свои лихо торчащие в стороны усы, — в Будапеште и Загребе икать начнут, как услышат, а Вена лопнет от злости! Ведь получится, что мы претендуем на Далматинское королевство*.
* * *
Королевство Далмация — коронная земля Австро-Венгрии, занимавшая территорию в виде узкой полосы вдоль Адриатики от Котора до Истра.
Каймакам выпучил глаза, очнувшись от дремы, мудиры возбудились и оживленно зашептались, повстанцы тут же переругались из-за предложения монархии вместо республики.
«Ох и не просто же будет», — подумал я, наблюдая этот цирк.
Так ни до чего и не договорились.
Мусульмане завершили наше совещание благодарственной молитвой-дуа, повстанцы — хвалой Вседержителю Христу.
— Скоро ждите в гости, — шепнул я Ковачевичу и Любибратичу, когда мы покидали дом каймакама, звавшего меня на обед, но несильно огорченного, услышав мой вежливый отказ.
Воеводы понятливо кивнули. Догадались, что услышали лишь часть моего плана, что их ждет еще не одно приятное потрясение. И я не подвел их ожиданий.
— Как вы смотрите, юнаки, на то, чтобы омыть копыта коней в Ядранском море?
Богдан Зимоньич, священник и повстанческий воевода
Глава 13 Была бы винтовка, а хлеб найдется
Выступление австрийцев задерживалось — зрители собрались, оркестр вразнобой пиликал в яме, а актеры жались за кулисами и на сцену не спешили. Из Далмации бурным потоком шли сообщения о мобилизации, об активном подвозе морем боеприпасов и продовольствия в Сплит, где размещался штаб 18-й дивизии KuK* армии и где создавались огромные складские запасы, о перемещении в сторону Плоче батальонов ландвера из Котора, Рагузы, Сплита, Задара, о скоплении транспортных плоскодонных кораблей в устье Неретвы, по которой можно было подняться до Мостара. Недостатка в помощниках, приносивших важные сведения, не было — далматинцы уже как два года поддерживали герцеговинцев в их борьбе с турками, хватало и беженцев, осевших в поселках вдоль побережья. Благодаря им складывалась следующая картина: усиленная бригадой из Рагузы 18-я дивизия под командованием фельдцейхмейстера-лейтенанта Йовановича нанесет удар на Мостар от Вергораца и Имоши через Любушки. Всего в операции будет задействовано 9 тысяч человек. Оставались непонятно лишь одно: почему медлят с вторжением? Неужели узнали о нашей спрятанной в горах дивизии, прибывшей из Черногории?