— Ваше Высочество, я разрабатывал техническую часть — товарную номенклатуру, так сказать. Наименования товаров, проходящих таможню, признаки их разграничения, группировку, и всё прочее. Размера тарифа я не устанавливал — его утверждала сама государыня! — и выжидательно уставился на меня, видимо, думая, что я из его слов действительно что-то понял.

— Так что всё-таки вы с этим тарифом делали? Можете пояснить на примере?

— Ну, вот, скажем, — с лёгким разочарованием в голосе отвечал мне Радищев, — есть разный тариф для шёлковых и для бумажных тканей. А ежели предъявляют на таможне отрез, сотканный и из шёлковых, и из бумажных нитей — какой тариф применять? Или, другой пример — ткани и кружева. Тариф у них очень разный, а между тем некоторые ткани содержат столько кружевных вставок, что можно считать их разновидностью кружев. В товарах много отличий, и текст тарифа призван помочь таможеннику во всяком случае применить правильную ставку!

— Понятно. А размеры таможенных платежей кто же определял? Я почему-то думаю, что это была не государыня. Она только подписала то, что ей принесли!

— Это делал я, Ваше Высочество — произнёс Воронцов. Лицо его было сконфуженно — Александр Романович уже попал в немилость императрицы, подав доклад о состоянии Нижегородской и Рязанской губерний, описывавший положение дел там не в столь радужном виде, как хотела бы видеть Екатерина. Новая ошибка могла совершенно утопить карьеру графа. Но сдаваться он, конечно, не собирался.

— Видите ли, Ваше высочество! Согласно последним веяниям экономической науки, свобода торговли весьма способствует всеобщему обогащению. Сие утверждение принято в основу во всех развитых странах — и в Англии, и во Франции, и в Голландии действует похожий тариф. Свободное соперничество в торговле — есть двигатель всеобщего развития и процветания!

— Ну, Франция ныне достигла крайней степени в своём процветании! Свободное соперничество в промышленности — вещь хорошая, но каждому народу вольно идти в этой сфере своим путём и с приемлемой для него скоростью. Иначе очень скоро вырастет один единственный промышленный великан, способный душить всех врагов своих в колыбели.

— Вы разумеете, конечно же, Англию? Но, что же поделать, если в этой стране так удачно сошлись все условия для развития? Месторождения железа у них очень близко соседствуют с залежами каменного угля, а удобные гавани и развитая морская торговля делают доступными сырьё и полуфабрикаты со всего света!

— Да вы, я смотрю, англоман, Александр Романович!

— Много меньше, чем мой брат, Семён Романович, милостью государыни состоящий в этой стране посланником. Дружба с Англией представляется для нас наилучшим и самым выгодным делом. Мы владеем необозримыми землями, они правят морями. Мы можем доставлять им плоды земли, они нам — бесконечный поток колониальных товаров. Нет сомнения, что мы друг друга дополняем; и выгоды взаимной торговли более чем ощутимы! Вы ведь ознакомились с отчетами Петербургской таможни, не так ли, Ваше высочество?