* * *
— Мы бы хотели, чтобы латекс собирался партиями, хотя бы по сорок-пятьдесят тонн, и складировался в ближайшем океанском порту — в городе Макапа. Там мы бы его забирали!
Де Соуза закатил глаза, что-то прикидывая в уме.
— Доставка латекса в город Макапа, конечно, возможна, но надобно иметь в виду, что все колониальные товары могут быть приобретены только посредством португальской торговли!
— Что это значит?
— Все товары из Бразилии отправляются исключительно в Португалию, и наоборот — что-либо ввезти в Бразилию возможно только из Португалии. Таков закон, и ему уже полтораста лет! Мы не можем продать никакие товары непосредственно в Петербург: все поставки должны осуществляться через Лиссабон!
Василий Корзинщиков озадаченно посмотрел на Палласа. Похоже, миссия их потерпела крах.
Конечно, они не отказались бы купить латекс и в Лиссабоне. Но его там не продают! Никто не возит латекс в Португалию, потому что он никому не нужен, а значит, и купить его там нет никакой возможности!
— Базилиу, — капитан Де Соуза поспешил развеять сомнения своего русского контрагента — эта монополия осложняет дело, но не отчаивайтесь! Всё это поправимо: вам, всего лишь, нужен португальский агент. Найдите торговца, готового купить для вас латекс и переправить его в Лиссабон, а там вы его уже заберёте. Сейчас многие так торгуют, особенно англичане!
* * *
Ранним утром экспедиция отчалила обратно, к океану.
Лодки легко скользили по тёмной, почти чёрной воде Риу-Негру; миновав острый, заросший густым лесом мыс, шлюпки вышли в место слияния этой реки с Амазонкой. Удивительное зрелище открылось путешественникам: широкая река вдруг стала двухцветной. Черные воды Риу-Негру шли по левому берегу, совершенно не смешиваясь с жёлто-бурыми водами Амазонки по правому берегу; граница вод пролегала примерно посередине.
Мимо путешественников медленно проплывала красота окружающих мест. Вот на берегу, на стволе поваленного дерева, сидит желтоклювый тукан: близоруко уставившись на шлюпки, он некоторое время их рассматривал; затем, испуганный плеском воды о вёсла, громко заклохтал и, сорвавшись с места, улетел прочь. Мимо них пролетали стаи ярко-розовых цапель; освещенные низким утренним солнцем, они казались яркими вспышками на фоне неба.
Тысячи белых цапель парили над водой, и их пронзительные крики присоединялись к общему гомону джунглей. Подняв глаза к небу, Палас увидел десятки ярко-красных ибисов, круживших у них над головой. Уродливый тапир плескался у берега; завидев лодки, его черное, похожее на обрубок тело с шумом и брызгами просилось в воду.