Отдохнув в Петровском, мы отправились в Коломенское прямо через Москву, в отдалении уже видимую из окон дворца — обширный город, полукругом раскинувшийся на огромном пространстве. Издали перед нами предстала великолепная картина бесчисленных церквей, башен, позолоченных колоколен и куполов, белых, красных и зеленых крыш; все это сверкало и горело в лучах солнца, предоставляя изумительный контраста с деревянными лачугами, которые виднелись между зданиями города. Местность была холмистая, лес кончался за несколько вёрст от города, сменившись лугами. Однако при ближайшем рассмотрении зрелище «древней столицы» оказалось очень… своеобразно.

Сначала на пути нам встретилась застава — два высоченных столба с фонарями, обозначавших проезд в город. Перед въездом в город скопилось множество подвод; возницы либо болтали друг с другом, собравшись в кучки, либо сидели по кабакам, видимо, специально для такого случая тут и построенным. Мы проехали, конечно, вне очереди благодаря сопровождавшему нас Пете Салтыкову, предъявившему на заставе нашу «подорожную». Остальным ожидавшим проезда путешественникам так не повезло — каждую телегу внимательно досматривали, что занимало уйму времени. Впрочем, возницы, как я заметил, времени зря не теряли — достав из специально запасенных мешков сено, раскидывали его прямо перед лошадьми, и, пока двигалась очередь, сами шли в кабак.

Для меня настоящим шоком стало то, что Москва по сию пору была окружена земляным валом и рвом, будто и сейчас ещё опасались нападения татарских орд. Удивило и то, что специальные чиновники и пожилые солдаты из инвалидной команды тщательно досматривали на въезде все фургоны и телеги. Я, как историк, прекрасно помнил, что внутренние таможни отменила еще Елизавета Петровна, за что купцы преподнесли ей в дар бриллиант на золотом блюде. А это тогда что за люди шмонают наши пожитки?

— Что это за место? — спросил я у Протасова.

— Застава, и Камер-Коллежский вал, Ваше Высочество!

— Гм. А зачем они?

— Тут досматривают лиц, в город въезжающих, на предмет разного рода контрафактной продукции. В Империи нашей выделка и торговля водкой и солью подлежат особым правилам — осуществляется сие исключительно через откупщиков. Вот и проводят на заставах досмотры, дабы не везли в города незаконно выкуренную водку. Также, вал защищает от проникновения в город разбойников!

Внутри городской черты, впрочем, Москва напоминала скорее большую деревню. Вдоль улиц тянулись одноэтажные домишки, в большинстве своём довольно ветхие. Только ближе у Кремлю стали попадаться каменные дома богатых людей, служившие островками в этом море бревенчатых хижин и садов. Тут и там попадались церкви, возносясь маковками и крестами над окрестными постройками. Их было какое-то невообразимое множество, причём стояли они часто сразу по нескольку штук в одном месте.