— Встречался недавно с мертвяком, да? — спокойно спросил я, кивнув на его руку, замотанную грязной тряпицей.

Парень вздрогнул, понурился и неохотно признал, что встретил белку-мертвяка, которая на него бросилась из кустов, но не связывает это с хворью, мол, просто простудился на сквозняке или съел что-то не то.

Я шагнул к нему и ободряюще хлопнул по здоровому плечу. Одновременно с этим незаметно пустил через ладонь крошечный импульс энергии. Потратив всего пару морт, я аккуратно выжег некротическую заразу из его крови, нейтрализуя яд на клеточном уровне. Этого было вполне достаточно, чтобы молодой организм дальше справился сам и быстро пошел на поправку.

Парень даже не заметил моего прямого магического вмешательства — только удивленно моргнул, когда по телу разлилось внезапное тепло, а ноющая боль в суставах и лихорадочная слабость начали резко отступать, возвращая лицу здоровый цвет.

— Бывает, — бросил я напоследок, отпуская его плечо. — Доброй дороги. Впредь будь осторожнее со здешними белками.

Развернувшись, я зашагал дальше во тьму, оставляя позади ошарашенную парочку, которая так и не поняла, что только что избежала похорон. Впереди меня ждала охотничья хижина, разборки двух благородных баронов и моя законная добыча.

* * *

Тракт недалеко от фермы Горда, Большое Луговье

Федот стоял у вытащенной из глубокой колеи повозки и, не моргая, смотрел во тьму ночного тракта, где только что растворился странный путник. В голове простого крестьянина никак не укладывалась картина, которую он только что наблюдал. Поднять груженую телегу? Одной левой рукой? Да так легко, без натуги, словно это была не дубовая махина с поклажей, а легкая корзинка с репой!

— Чего ты застыл-то, Федя? — вывел его из ступора голос жены.

Вера зябко куталась в платок, с опаской поглядывая на темную стену леса. — Поедем уже от греха подальше. Хорошо еще, что такой добрый господин на нашем пути появился! Явно ведь благородный дворянин, вон какой статный, осанка какая. Только непонятно… чего это он один пешком шляется, да еще в такую глухую ночь?

Федот медленно перевел взгляд с пустой дороги на свои руки. Те что тряслись уже неделю как, да и слабость странную обрели. А сейчас…

— Да просто… — Федот сглотнул, прислушиваясь к своему телу, и расправил плечи. — Мне вдруг стало как-то очень хорошо, Вер.

Липкий, холодный пот исчез. Ломота в костях, вытягивавшая все жилы, испарилась без следа. На смену слабости пришла такая горячая, бурлящая волна сил, какой он не чувствовал, наверное, с самой свадьбы.

Он посмотрел на жену. И взгляд этот был таким воодушевленным, таким мужским и голодным, что Вера даже подняла брови, удивленно хлопнув ресницами. Кажется, именно сегодня Федоту нестерпимо захотелось побыть с женой намного больше и активнее обычного.