Виктория взяла железную кружку, опустила ее в котелок с горячей водой, наполнила и протянула мне.

— Это кипяченая вода.

Я принял кружку.

Джим тут же дернулся.

— Госпожа графиня, не пристало вам протягивать воду тому, кто стоит ниже вас по титулу.

— Джим, — устало сказала Виктория.

— Я обязан сказать.

— А я обязан напомнить, — хмыкнул я, грея ладони о кружку, — что могу прямо сейчас прыгнуть обратно в реку и поплыть в город. Почему-то вы этого не сделали, значит, не можете. И, похоже, только госпожа графиня понимает, что вам нужна моя помощь.

Виктория поджала губы, но спорить не стала.

Хороший знак.

Гордость у нее была. И немалая. Но голова на плечах тоже имелась. В благородных семьях это сочетание встречается не так часто, как хотелось бы. Обычно остается что-то одно: либо гордость, либо голова. Иногда не остается ничего, но зато много фамильных портретов.

— Как вам досталось поместье Норд? — спросила Виктория, садясь напротив. — Это какая-то многоходовка барона Дресса?

— О, нет, — покачал я головой. — Его многоходовка заключалась только в том, чтобы заманить меня в экспедицию и убить. Ну и затем ваше бывшее поместье потом прибрать к рукам уже другим способом.

— А поместье я выкупил на аукционе в столице округа, — добавил я. — Его выставили на торг за неимением наследников. Официально вас признали пропавшей без вести, а права наследования аннулировали — не без помощи Дресса

Виктория вздохнула.

— Я была в плену.

Снаружи раздался рев.

Низкий, тяжелый, протяжный. Такой звук не просто слышишь ушами — он проходит через камень, через ребра и где-то внутри осторожно напоминает телу, что оно вообще-то сделано из мягкого мяса.

Я покосился в сторону выхода.

— Зато теперь вы на свободе в компании приятного гигарептида.

Джим снова нахмурился.

Виктория, кажется, не знала, как на это реагировать. В конце концов она просто кивнула, будто приняла мою странность за часть пейзажа.

— Вы поможете нам выбраться из пещеры мимо гигарептида? — спросила она.

Я сделал глоток горячей воды.

Вода была просто водой. Без чая, без трав, без меда, без вкуса. Но после реки и драки даже такая роскошь ощущалась почти королевским напитком.

— Решили, что я хочу вам помочь?

Виктория посмотрела мне прямо в глаза.

— Вы сами сказали, что могли бы нырнуть в реку и уплыть к городу по течению. Но не сделали этого. Значит, у вас есть причина здесь оставаться. Возможно, вы хотите отомстить своему обидчику, барону Дрессу. Спасти его бывшую пленницу — хороший способ создать ему неприятности.

Я усмехнулся.

— В этом есть доля истины. Только не будем пробегать мимо гигарептида. Это бесполезно. Мы его убьем.