Не особо расстроившись, Микаэль купил вино в лавке, и здесь же опрокинул в себя пару стаканов великолепного напитка, нацеженного из вскрытой при нём сорокавёдерной бочки.

— Боту[1], именно эту, доставьте на тот корабль, — он махнул в сторону своего парусника рукой. — На «Святую Генриэтту». Вместе с краником. Не вынимайте его. Сколько он стоит?

— Для вас, монсеньор, ни сколько.

— И вашего сыра пять голов.

— О! Монсеньёр явно плывёт из Англии, — высказал, усмехаясь, предположение хозяин винной лавки.

— Ты угадал, — рассмеялся священник. — Только от воспоминания об их эле меня начинает тошнить. Слава Господу, мы на земле, где растёт виноград.

Торговец вином гордо воздел голову.

— За такие речи, монсеньор, позвольте угостить вас вяленым мясом горного козла предварительно вымоченном в винном уксусе.

— Благодарю, тебя, сын мой. Скажи мне твоё имя. Его узнает глава Римского престола.

— Аарон Родригес, монсеньор, — с почтением склонившись, произнёс торговец.

Микаэль мысленно улыбнулся. Его тонкая лесть снова сработала. Он умел расположить к себе людей и не чурался, когда нужно, лицемерия и обмана. И в данном случае не видел большого греха. Он сказал лишь то, что хотел слышать от него этот испанец. Сам Агрикола, воспитанный в монастыре, обожал и эль, и пиво, предпочитая их вину. Но эту бочку он, действительно, вёз в подарок понтифику, поэтому обман был минимальный, как и конечная цена за вино.

Епископ аккуратно нацедил немного вина в стакан из красной обожжённой глины, и аккуратно потягивая его, проследил, как трое работников снова поставили бочку вертикально, погрузили на ручную тележку и повезли в сторону корабля.

— Спасибо, сын мой, — поблагодарил Микаэль и, отдав стакан торговцу, отправился вслед за тележкой.

* * *

— Значит здесь у нас волков не будет? — недовольно спросил понтифик епископа.

— Как показали испытания, их сила пропорциональна удалению от места зарождения. Это северная нежить. С южной нежитью им не совладать даже с печатью Тёмного Князя.

— Значит надо поймать южную, — вскрикнул, стукнув кулаком по столу понтифик.

— К сожалению, монсеньор, на южных территориях нежить извели если не абсолютно, то практически полностью. Где-то далеко в горах или пустынях ещё можно найти оборотней, а джинов почти всех упрятали в бутылки или лампы и утопили в морях. Редко когда они всплывают на поверхность. Только в Индии ещё можно встретить древних богов.

— Не произносите это слово, Микаэль. Бог один.

Агрикола усмехнулся.

— Бог Один, говорят, закован в цепи и спит где-то в северных горах. Как и его жена Скади.