— Не верьте древним легендам и не ловите меня на слове, — недовольно скривившись, пробормотал понтифик и спрятал лицо в хрустальном кубке.

— Да, как тут не верить⁈ — воскликнул Агрикола. — Ведь ещё год назад я и представить себе не мог, что существуют оборотни. А сейчас сам собираю колдунов для их воспитания.

— Не колдунов, а магов, — почти прошептал понтифик. — Вы бы, Микаэль, не поминали в этих стенах о…

Он пошевелил пальцами правой руки, не находя правильных слов, и перекрестился.

— «Боится», — осуждающе подумал епископ и тоже перекрестил лицо. — «Сам втянул, а сам боится».

Микаэль молился едва ли не ежечасно, понимая в какую скверну вступил, благодаря понтифику и был на него немного зол.

— А что, если привлечь вашего Игнатия Лойолу?

— К чему привлечь? — удивился понтифик. — К «этим»?

Он снова пошевелил пальцами правой руки, но уже смыкая и размыкая указательный палец с большим, изображая знак глухонемых «волк».

— Именно.

— У них другие задачи, Микаэль. Сейчас, когда Московский царь в Танаисе[2], создалась очень благоприятная обстановка для возведения на трон наследника престола.

— У нас есть для Московии легитимный наследник престола? — удивился епископ.

— В Риме всё есть! Прости, Господи! — горделиво ответил понтифик и испуганно перекрестился. — Новый наследник престола должен вот-вот выступить на Москву.

— Откуда?

— Из Кракова. И рыцари Лойолы возглавят его передовые отряды. Хотя, их тайные миссионеры уже давно находятся в Москве и готовят бунт в её стенах.

— Не знал, что мы готовим «самозванца» для Московии.

Понтифик посмотрел на Агриколу снисходительно.

— Это не самозванец. Это настоящий наследник. Он даже легитимнее царя Ивана, а не то, что этого… бастарда.

— Кто такой? Если не секрет…

— Старший сын Великого Князя Василия и его первой жены Соломонии.

— Соломонии? Она же была бездетна!

— Оказалось, что нет. Профессура Лойолы добыла не только списки с монастырских книг Покровского монастыря, где прописано, что у инокини Софии родился сын Георгий, но и нашли, кому она его передала на воспитание. По книгам же считается, что младенец умер, но могилу вскрыли и, вместо погребённого, нашли тряпичную куклу[3].

— В монастыре дали списать монастырские книги? — удивился епископ.

— Нет. Царь Иван Васильевич изъял архивы монастыря, касавшиеся Соломонии. В Московском Кремле их и нашли. В библиотеке Ивана.

— А наследник? Он, где был?

— Почему, это — был? — усмехнулся понтифик. — Мы уже двадцать пять лет воспитываем претендента. И, надо прямо сказать, не одного. Есть и дублёры. Очень, кстати, похожие на него. Мало ли… Человек смертен. Но этот, вполне себе настоящий, с грамотой, написанной собственноручно настоятелем монастыря и с подписями доверенных лиц. Кои, некоторые, тоже находятся у нас. Даже бывшая кормилица… Так что… Сами понимаете, Микаэль. Медлить ни в коем случае нельзя. Четверть века — не малый срок. Любой продукт может прокиснуть.