По ходу дела я вспомнил, что вообще-то зима уже начинается, причём явно не курортная, судя по ноябрьским предпосылкам. В этом смысле мне тоже требовалось прибарахлиться, так что я взял себе в магазине верхней одежды куртку-дублёнку. Шиане же досталась короткая, но толстая шубка — мех, рыжевато-белый, лохматился, как её причёска.

А в Академии наступило затишье.

Никто больше не врывался посреди пары, не тащил меня к ректору и не требовал сатисфакции. Разве что за спиной теперь хихикали чаще — мой бизнес стал притчей во языцех. Высшие лорды реагировали неоднозначно — одни смотрели презрительно, другие задумчиво, а третьи, по-моему, с лёгкой завистью.

Зато на занятиях я услышал кое-что интересное.

— Пигменты на минеральной основе и растительные красители, — объясняла нам леди Орния, — можно классифицировать по разным критериям. С точки зрения стоимости, токсичности, распространённости и так далее. Причём положение внутри этой классификации может варьироваться со временем. Сейчас, к примеру, охра и киноварь в их магических версиях имеют приблизительно равный удельный вес в экономике. Но так было не всегда.

Мне вспомнилось, как эту же тему мы обсуждали с Илсой, и я стал слушать внимательнее.

— Объёмы добычи и производства менялись, — продолжила леди Орния. — Особенно резкими изменения стали в ходе промышленной революции. А вот прежде соотношение оставалось стабильным на протяжении долгих лет и даже столетий. Графически оно изображалось следующим образом.

Я подумал, что она нарисует «дабл-ю», но ошибся. Преподавательница начертила на доске длинный горизонтальный отрезок:

— Охра — самый распространённый пигмент в то время.

Ниже она добавила параллельный отрезок, короче верхнего:

— Киноварь занимала второе место. Далее следовали в порядке убывания лазурит, ярь-медянка и растительные красители.

Ещё три отрезка, один под другим, с уменьшающейся длиной. Что-то вроде перевёрнутой трапеции.

Я буквально впился взглядом в изображение.

Эта схема мне уже попадалась, вот именно в таком виде. На рынке, перед дракой с бандитами — такая татуировка была у Рыжего на руке, невидимая для обычного зрения.

А ведь были у меня смутные ассоциации, но я в них не разобрался…

Хотя вполне мог бы — пять элементом здесь, обозначающих краски, и пять точек в «дабл-ю», с таким же значением…

Буква «w» — на старых натюрмортах и на шкатулке, при помощи которой Вирчедвик хотел у меня потребовать малую вассальную клятву. И уже стребовал её с двух высших аристократов — с Грегори и с Кэмдена…

А трапеция — у бандитов на рынке…