— Внимание всем постам, — мой голос, лишенный всякой театральности, прозвучал металлически-четко в устройстве. — Немедленно найти и задержать гостей в масках акулы и бабочки. При оказании сопротивления — нейтрализовать. Если под масками окажутся не те, кого ожидаем, выяснить, кому они передали свои маски. Конвоировать в изолятор для допроса. Приступить.

Я сунул рацию обратно ошеломленному охраннику и уже развернулся, чтобы бежать к комнате номер два, чтобы перехватить Рилена и Дейлу по дороге, как из того же устройства раздался треск и голос Нервида, сдавленный от напряжения.

— Капитан, выходите! Срочно! На крышу! Десант!

Я замер, чертыхнулся, снова схватил рацию, прижал ко рту.

— Нервид, доложи ситуацию яснее!

— Десятки людей! Спускаются на «Прогулках» с трех дирижаблей! — его слова сыпались, как пули. — Пять Хроник! Остальные — элитные Сказания! Мы уже вступили в бой, но если не подавить сейчас — они разнесут пол-ратуши вместе с гостями!

Проклятие. На позиции Нервида было шестеро Хроник, так что в целом они должны были справиться. Но Хроники в бою — это стихийное бедствие. Каждый их удар мог пробить стену, каждое неконтролируемое заклинание — обрушить потолок. Бал и все его тайны мгновенно обесценились перед лицом прямой физической угрозы.

— Держись, Нервид! Координируй огонь наших! Я выхожу! — я бросил рацию обратно охраннику и рванул прочь, срывая с себя маску кролика.

Мои ноги сами понесли меня к боковому выходу, в раздевалку. Я влетел внутрь, сгреб с полки свои штаны, быстро натянул их на себя.

Рука сама потянулась к стойке, где висело мое оружие. Холодная рукоять сабли привычно легла в ладонь, тяжесть пистолета в кобуре на поясе успокаивающе отозвалась в теле. Я оставил на скамейке жалкий фарфоровый лик кролика — символ тайной игры, в которую больше не было времени играть.

Выскочил наружу, на ночной воздух. И сразу же увидел это. Над ратушей, в звездном небе, маячили силуэты трех дирижаблей без опознавательных знаков.

Небесные корабли не могли стабильно летать над Руинами, где была своя гравитация, так что для местных перелетов использовали такие вот сравнительно допотопные воздушные шарики.

А в воздухе над ратушей уже во всю полыхал бой. Доносился оглушительный грохот, вспышки магических взрывов озаряли ночь, и с каждым таким ударом здание вздрагивало, а с карнизов сыпалась каменная крошка.

Я вытолкнул себя в небо мощным импульсом маны, бросившись в самую гущу схватки. Воздух вокруг гудел, как разворошенный улей, прошиваемый свистом «Прогулок» и резкими хлопками разряжаемой маны.