Слишком быстрая, слишком спокойная покорность могла бы показаться подозрительной. Им нужно было видеть униженного, отчаянного зверя, цепляющегося за последнее, что у него осталось.

— НЕТ! — мой крик, полный гнева, животной ярости, разорвал напряженную тишину. Я рванулся вперед, словно пытаясь броситься на Киогара, но мои ноги будто подкосились от недавнего унижения. — Ярана, стой! Не смей идти с ним! Это ловушка! Он тебя… он тебя использует!

Я повернулся к Киогару, тряся сжатыми кулаками, изображая беспомощный гнев.

— Ты тронешь ее — я тебя убью! Клянусь! Я найду способ! Я…

Я не успел договорить. Киогар даже не удостоил меня ответом. Он не стал спорить, угрожать или кричать. Он сделал один резкий, взрывной шаг, сократив дистанцию между нами до нуля. Его кулак в кожаной перчатке с металлическими нашивками врезался мне в солнечное сплетение со всей дури.

Воздух с громким хрипом вырвался из моих легких. Я согнулся пополам, беззвучно открывая рот, и отлетел назад, тяжело шмякнувшись спиной о каменные плиты причала.

Чтобы сыграть правдоподобно, я не использовал артефактные татуировки, так что боль была настоящей, огненной и тошнотворной. Я лежал, задыхаясь, смотря снизу вверх на его презрительную физиономию.

— Слушай сюда, «Болтун», — его голос был спокоен, но в нем звенела холодная сталь. — Твои угрозы меня уже достали. Ты здесь никто. Ты — ноль. — Он плюнул мне под ноги. — А насчет девушки… успокой свою ревнивую тупую башку. У меня на нее нет никаких «предосудительных планов». — Он соврал так гладко и уверенно, что, казалось, сам в это поверил. — Я просто предлагаю ей работу. Шанс. А ты здесь только мешаешь. Так что заткнись и не отсвечивай. Понял?

Он повернулся к Яране, уже с деланной галантностью.

— Прости за эту сцену, красавица. Мужчины иногда бывают такими… примитивными. Пойдем, я покажу тебе, где ты будешь работать.

Я сделал вид, что его слова и удар достигли цели. Я перестал рычать. Просто лежал, потирая ушибленный живот, смотря на них потерянным, сломленным взглядом.

Я видел, как Ярана, не глядя на меня, кивнула Киогару и пошла за ним, ее спина была прямой, но плечи напряжены. Мой последний «бунт» достиг цели — он окончательно убедил всех, что я побежден и жалок.

Пираты вокруг громко захохотали, отпуская похабные шуточки в мой адрес. Гирм, наблюдавший за этим, молча развернулся и пошел прочь — инцидент был исчерпан. Лемиан тоже с усмешкой отвернулся и начал отдавать приказы подчиненным.

Для них началась обычная работа — грабительские команды с новым азартом кинулись обшаривать наши корабли, вынося ящики с нашим же добром.