— У датчан все поставлено четко! — мрачно заметил старпом Ратманов. — Берут деньги с каждого корабля, проходящего Проливы. Тут бесплатно даже чайка не пролетит!

На это я лишь пожал плечами. Государственный рэкет в чистом виде. Плавали, знаем.

Наконец, с носа «Надежды» с оглушительным грохотом ухнула в воду якорная цепь. И едва матросы успели закрепить снасти, как по палубе разнесся будоражащий слух.

Лейтенант Ромберг, опустив подзорную трубу, взволнованно обернулся к командиру:

— Иван Федорович, взгляните! Прямо по соседству с нами на рейде! Датская Ост-Индская компания!

Естественно, любопытство пересилило любую субординацию. Вся верхушка экспедиции высыпала к правому борту. Крузенштерн прильнул к окуляру трубы.

— Двухдечный гигант… Красавец, — в голосе обычно невозмутимого капитана проскользнули нотки восторга и зависти.

— Это корабли высшей лиги, господа. Надобно засвидетельствовать почтение коллегам. Макар Иванович, рупор!

Ратманов подал здоровенный медный раструб. Крузенштерн перегнулся через фальшборт и гаркнул так, что над волнами эхом разнеслось:

— Ахой, на ост-индце! Приветствуем от имени Российского Императорского флота! Дозвольте подняться на борт!

С датского корабля донесся ответный рев в рупор — на ломаном английском, перемежающемся датскими междометиями, нас милостиво пригласили в гости.

— Спустить шлюпку! — скомандовал капитан. — Со мной пойдут Ромберг, Левенштерн…

— И посольские, Иван Федорович! — я нагло втесался в компанию, подтягивая за собой упирающегося приказчика Шемелина. Капитан поморщился, но пустил нас.

Через десять минут наша шлюпка уже подпрыгивала у колоссального борта датчанина. Вскарабкавшись по штормтрапу на палубу «Кронпринца», я сразу понял, что внешность бывает обманчива. Снаружи «Кронпринц» выглядел много лучше, чем внутри.

Мы оказались на огромной, трехпалубной, чудовищно грязной туше. Борта облеплены засохшей солью, краска облупилась под тропическим солнцем, а такелаж висел тяжелыми, просмоленными прядями. Прямо сейчас десятки матросов остервенело драили палубу швабрами, отмывая монстра после многомесячного перехода.

— Грязноват ваш хваленый ост-индец, — брезгливо поморщился Резанов, поднося к носу надушенный платок. С борта и впрямь тянуло тяжелым духом немытых тел и специй.

— Это рабочая грязь, Николай Петрович, — спокойно отозвался Крузенштерн, с уважением оглядывая судно. — Присмотритесь внимательнее. Видите тех матросов с косичками? Это китайцы. А смуглые у помп — малайцы. Ост-Индские компании часто нанимают азиатов, ибо они не так подвержены цинге и берут меньше жалованья.