Я покосился на него. Рука потянулась к дверной ручке.
— Ты должен все отпустить, Нейт. — Друг улыбнулся. — Ты слишком долго носишь при себе это дерьмо. Эта вина? Она не твоя. Карьера, которая тебе не очень-то и нравится? Она не твоя. Но Иззи? Иззи — твоя. И если ты не хочешь заходить туда ради себя, сделай это ради нее.
Иззи.
Полтора месяца назад я оставил ее в аэропорту Кабула, чтобы дать ей то, в чем она больше всего нуждалась, — Серену. Не проходило ни секунды, чтобы я по ней не скучал, но время еще не пришло.
Если у нас всего один шанс, я не мог его испортить.
Я в последний раз взглянул на Торреса, открыл дверь и зашел.
Доктор Уильямсон поднял голову и с профессиональной улыбкой указал на одно из кресел:
— Как дела, Фелан?
В любой другой день я ответил бы, что все хорошо. Сон в норме, аппетит в норме, расслабляюсь — все, как положено.
Но ложь завела меня в тупик. Настало время сказать правду.
Я сел и посмотрел ему в глаза:
— Я разговариваю со своим лучшим другом. Это моя копинговая стратегия — так я справляюсь со стрессом, с войной… со всем.
Доктор кивнул и откинулся на спинку кресла:
— Вполне нормально.
— Да, но этого друга уже четыре года нет в живых. Как считаете, мне можно помочь? — Я вцепился в колени в ожидании ответа.
— Да, — ответил он. — Думаю, я смогу вам помочь.
Глава тридцать третья. Иззи Вашингтон, округ Колумбия Октябрь 2021 года
Я села в кресло, убрала сумку под сиденье и пристегнула ремень безопасности. Пассажиры вокруг рассаживались по местам.
Впервые с поездки на Палау я летела с чемоданом в багаже. Купальники, парео, сарафаны — чемодан был набит битком. Нейт не давал о себе знать с отъезда из Кабула, и, когда я представила, что есть малейший, крохотный шанс все-таки встретиться с ним на стыковке, мой пульс взлетел до небес. Но даже если он не придет — а скорее всего, так и будет, — я все равно собиралась прилететь на Мальдивы, заселиться в бунгало, отоспаться до полудня, а потом пойти загорать, мечтая о нем.
Он бы этого хотел.
Я не сомневалась, что Нейт все еще на задании, учитывая ситуацию в мире. Он сам говорил, что для таких, как он, всегда есть работа.
За последние полтора месяца, которые я провела, поглядывая то на экран телефона в ожидании звонка, то на дверь, когда меня одолевали самые мрачные мысли, я кое-что решила. Если я хочу быть с Нейтом — если на самом деле хочу, чтобы мы были вместе, — мне понадобятся сила и терпение.
Сила, чтобы не забывать, что он любит меня и придет за мной, когда сможет. И терпение, чтобы дождаться этого часа.
А еще мне понадобится свобода от работы, которую я на самом деле ненавидела, если уж быть по-настоящему честной.