Он вздрогнул и кончил со стоном, опираясь на руки, чтобы не придавить меня своим весом.
Мы смотрели друг на друга, судорожно дыша. Смотрели так, будто в наших глазах был скрыт ключ к тайнам вселенной. Я расслабилась и расцепила лодыжки.
— Сколько захочешь? — спросил Нейт и улыбнулся самой прекрасной улыбкой в мире. — Так ты сказала?
Я кивнула.
— У нас всего одна ночь. — Он нахмурился, и я поняла, в чем дело.
Ничего не изменилось. Время по-прежнему неподходящее. Завтра ему предстояло вернуться в строй, а я улетала в Вашингтон.
— Значит, надо сделать так, чтобы она запомнилась. — Я погладила его по щеке.
Так мы и поступили.
Но я все равно плакала, когда садилась в самолет.
Глава девятнадцатая. Иззи Кандагар, Афганистан Август 2021 года
Еще секунду назад мы с Нейтом спорили, а спустя миг он повалил меня на пол и накрыл своим телом. Посыпались осколки. Сердце ушло в пятки; напряглись все мышцы.
Раздался второй взрыв; девочки и их родители закричали.
— Ракетный обстрел! — выкрикнул один из оперативников за нашей спиной, но я не видела, кто именно.
— Черт, — ругнулся Нейт.
Он обхватил меня руками и, крепко прижав к груди, встал и с нечеловеческой скоростью перенес к ближайшей стене. Когда я снова ступила на землю, мы присели на корточки, и он прикрыл меня рукой. Потом обратился к команде девочек, жестикулируя и говоря что-то на незнакомом языке.
Девочки бросились к нам. Раздался еще один взрыв, мимо пробежал взвод афганских солдат. Еще три взрыва последовали почти друг за другом.
Я ощутила на языке металлический привкус страха. Если девочек убьют, я никогда себе не прощу. Если из-за моего приезда сюда Нейт лишится жизни, я…
— Знаю. Вы там на самом виду, — сказал Нейт, и я заметила пульт в его руке. Он говорил по рации. — Летите. Возвращайтесь с боевыми вертолетами.
От следующего взрыва сотряслись стены, и Нейт крепче прижал меня к груди.
— Мы ничего не можем сделать, — объяснил он, хотя я не спрашивала. — Ракеты пускают издалека. Можно только ждать.
Я кивнула, пытаясь ободряюще улыбнуться девочке, сидевшей ко мне ближе всех. Ее звали Каамех. Я узнала ее по фото: я часами просиживала над оформлением документов. Мать укрывала Каамех от осколков.
Других девочек тоже укрывали родители, а одну — афганский солдат.
Из разбитого окна донесся удаляющийся звук лопастей. Вертолеты улетели.
С началом очередной серии взрывов я вздрогнула, но Нейт даже не моргнул и обвел взглядом зал. В прошлом, когда мы были рядом, он тоже всегда был начеку, оглядывался, следил за людьми, и теперь я понимала почему. Обостренные реакции, которые столько лет казались мне тревожным признаком, здесь помогали выжить.