— Хочу менять мир. Помнится, кое-кто мне когда-то предлагал. — Я прошла к мини-кухне, бесшумно ступая по мягкому ковру, и достала две бутылки воды. — Будешь? — Как бы я ни злилась, меня все равно тянуло о нем заботиться. Господи, я просто безнадежна.

— Да. Спасибо, — ответил Нейт. Его голос смягчился. — Когда я предлагал вместе менять мир, я не это имел в виду. — Он обвел рукой мои шикарные апартаменты. Я бросила ему бутылку, и Нейт ее поймал. — Зато твои родители наверняка счастливы.

Я пожала плечами и открыла бутылку.

— Так вышло. — Сделала глоток, надеясь избавиться от кома в горле. — Чего ты так бесишься, Нейт? Злишься, что у меня своя жизнь и я не осталась сидеть там, где ты меня бросил? Или что мы встретились, хотя не должны были больше встречаться?

— Здесь тебе грозит опасность. — Он перекатывал бутылку в ладонях, игнорируя мой вопрос. — Это не страна, а пороховая бочка.

Я наклонила голову и посмотрела на него:

— Но ты ведь именно поэтому здесь? Чтобы обеспечивать безопасность таких, как я. Разве ты не этим теперь занимаешься? Где ты пропадал три года?

Мускул снова дрогнул.

— Мне нельзя об этом рассказывать. Правила игры не изменились, они стали только строже. — Нейт открыл бутылку и опустошил ее наполовину.

Прошло столько лет, а он так и не научился доверять людям. Наверное, в его мире все осталось прежним, в отличие от моего.

— Ладно. Я так понимаю, ты не собираешься объяснять, что случилось в Нью-Йорке, а я не планирую следовать твоему совету и уезжать из Афганистана. Так что ты все еще делаешь в моей комнате?

— Вообще-то, меня здесь быть не должно.

— Не сомневаюсь. Вряд ли телохранитель Хольта сейчас сидит у него и угощается из мини-бара.

— Я не об этом. — Уголки его губ поползли вверх, но Нейт все-таки сдержал улыбку, и я так и не увидела его роковую ямочку, против которой была совершенно безоружна.

— Ты можешь говорить прямо? Я не понимаю эту вашу армейскую азбуку Морзе. — Я прищурилась. — Ты же еще в армии?

Нам сказали, что нас будет охранять спецназ, но на именной белой полоске на груди Нейта было написано «Грин», а не «Фелан».

Впрочем, не важно, как его теперь звали; он по-прежнему был очень хорош собой. Явно не пропускал ни одной тренировки в спортзале.

Боже, хватит уже.

Почему, ну почему, оказываясь в одном помещении с Натаниэлем Феланом, я будто снова становилась восемнадцатилетней девчонкой?

— Да, я все еще в армии. Но в секретном подразделении, — медленно ответил он и поднял брови. — А телефон, электронная почта, соцсети… они все зачистили.

— Тогда ладно.