— Сжалься над бедным парнем, — вмешался Торрес и провел рукой по темным, коротко стриженным волосам. Два года мы числились в одном взводе, из них год провели в «песочнице»[16] . За это время он стал мне близким другом, которого у меня никогда не было.

— С какого перепугу? — Я приготовился к следующему удару. — Шестерка в угловую лузу. — (Роуэлл отсчитал еще одну двадцатку.) — Уже жалеешь, что так много поставил? — бросил я ему через плечо.

— Я думал, ты парнишка с фермы из Иллинойса. — Он оглядел товарищей по взводу, которые пришли с нами в бар сегодня вечером. — Вы знали, что он чемпион по бильярду?

Все покачали головами.

— Откуда мы могли это узнать, из него же слова не вытянешь, — рассмеялся Торрес и отхлебнул пива.

— Ого, — бросил долговязый Фитц и немного отодвинулся: я склонился над столом и загораживал ему обзор. Я слишком закрутил шар, и удар вышел так себе. — Кажется, к нам в гости заявилось женское общежитие в полном составе.

Мы разом повернули головы, что, впрочем, было неудивительно. Сегодня в нашей компании были только одиночки. Большинство женатых ребят предпочитали провести последний выходной перед отправкой на операцию в кругу семьи.

— Девичник, — заметил Торрес, и по его лицу расползлась медленная улыбка.

Я подошел к другому краю стола и приготовился нанести свой лучший удар. С этого места открывался вид на танцующих девчонок в одинаковых ярко-розовых майках; на одной была фата с гирляндой из лампочек.

И впрямь девичник , подумал я.

— Твои шары мешают, Роуэлл. — Я наклонился над столом и сосредоточился.

Роуэлл недовольно хмыкнул.

Ближайшая ко мне девушка на танцполе закружилась, подняв руки над головой; ее белокурые волосы разметались.

Я лишь мельком взглянул на нее, но сердце перестало биться и руки ослабели. Кий дал осечку, и шар, подскочив на зеленом сукне, покатился совсем не туда, куда я планировал.

— Ну наконец-то тебе перестало везти, — рассмеялся Роуэлл.

Я выпрямился и напряженно уставился на танцпол.

Наверняка мне показалось. Теперь уже другая блондинка танцевала рядом. А может, та самая? Что за шутки играет со мной воображение?

Может, дело в музыке? Та же группа, вот и воспоминания всколыхнулись?

Это не она, не может быть.

Но охватившая меня адреналиновая дрожь твердила об обратном. Я бросил кий ближайшему из товарищей и зашагал к танцполу.

— Фелан! — выкрикнул Фитц, но я был уже далеко и все равно не успел бы ответить.

Включился стробоскоп, вокруг замелькали лица. Я повернул налево, потом направо и снова налево, вглядываясь в лица всех девушек в розовых майках, чьи фигуры освещались мгновенно гаснувшими вспышками. Я насчитал их шесть… нет, семь.