Когда стопка опустела, он аккуратно поставил ее на стол и только тогда взял чашку с кофе. Пил он его так же медленно, отхлебывая по чуть–чуть. Затем, не спеша намазав гренки маслом и джемом, принялся отламывать и отправлять в рот небольшие кусочки, тщательно их пережевывая. Не откусывать от целого бутерброда, а именно отламывать! Каждый его жест, каждый звук — легкий стук фарфора о фарфор, тихое хрустение корочки — били по моим нервам сильнее любых пыток. Он демонстрировал не просто сытость. Он демонстрировал цивилизацию и культуру, как он это понимал. И делал это, похоже, специально — майор догадался, что я пришел в себя.

Поняв, что прикидываться бесполезно, я широко раскрыл глаза и уставился на фон Вондерера в упор.

— Прости, что не предлагаю разделить со мной трапезу, дорогой Игорь! — ничуть не смутившись, сказал майор. — У тебя все равно руки заняты!

— Да и самому, небось, маловато, милый Вольфганг! — усмехнулся я. — Кушай, не обляпайся! И, главное, жуй тщательнее — я никуда не тороплюсь и спокойно подожду, пока ты закончишь.

Пока он завтракал, я огляделся, не поворачивая головы. Автоматчики по–прежнему стояли рядом с оружием наизготовку. Только теперь это были другие солдаты, такие же молодые, с каменными лицами.

Из окна лился бледный свет зимнего утра. Стало видно небо — низкое, серое, затянутое сплошной пеленой облаков, из которых периодически сыпалась мелкая, колючая снежная крупа. Она царапала по стеклу, создавая унылый, монотонный звук.

Дверь открылась без стука. В комнату стремительно, но бесшумно вошел Эрик. На его обычно бесстрастном лице я уловил легкую озабоченность. Он подошел к столу и вытянулся по стойке «смирно».

— Ну, фельдфебель? — поставив чашку, спросил фон Вондерер, вытирая губы белоснежной льняной салфеткой.

— Докладываю, господин майор. Инцидент на внешнем посту. На часовых у главного входа в здание было совершено нападение.

— Нападение? — майор нахмурился. — Кем? Сколько их было?

— По показаниям уцелевшего часового, нападавших было двое. Они передвигались на мотоцикле с коляской. Подъехали почти вплотную к посту, внезапно открыли огонь из автоматического оружия — один из «ППД», второй, вероятно, из трофейного «МП–40». Двое солдат убиты наповал, один тяжело ранен, он сейчас у врача. Нападавшие скрылись. Их преследовал моторизованный патруль, но вскоре потерял в заваленных обломками переулках.

— Что за мотоцикл? — резко спросил фон Вондерер.

— «Цюндапп КС–750», господин майор, — ответил Эрик.

— Наш мотоцикл? — уточнил фон Вондерер.

— По описанию очень похож на тот, который угнали ночью возле музея, господин майор, — размеренно, как механический автоматон, ответил Эрик. — С пулеметом «МГ–34» в коляске.