— Есть во что переодеться? — спросил у Камо.

— Найдем, брат, — он улыбнулся, что-то сказал на грузинском своим ребятам. Скоро мне принесли чистую, сухую одежду. Брюки, правда, были немного короче, чем требовалось, а рубаха едва застегнулась на груди, но это все же лучше, чем сидеть тут с голым торсом в мокрых подштанниках.

Едва успел одеться, как послышались голоса, ржание лошадей, чей-то смех за дверью. Вошел Бокий.

— Ну что, удалось проститься с де… — начал он и вдруг споткнулся на полуслове,глаза его расширились, рот приоткрылся.

Но он быстро взял себя в руки и уже деловым тоном спросил:

— Это он?

— Да, — ответил я, снимая с шеи цепочку.

Поднял руку, рассмотрел находку на свету. Камень в рукояти ключа пульсировал, казался живым.

— Ключик, ключик, где замочек… — пробормотал я.

— Что сказал, дорогой? — переспросил Камо.

— Ничего, так — детский стишок, — ответил ему и протянул ключ Камо.

Он отшатнулся.

— Нет. Мне нельзя, не имею права, — произнес он, заметив мой удивленный взгляд.

— Но у себя оставить я тоже не могу, — возразил ему. — А если попадусь в руки охранки?

Камо подошел ближе, осторожно, будто мог обжечься, взял ключ и осмотрел его.

— Надо в безопасное место. Я оставлю его на хранение у Александра Ивановича, — он взглянул Бокию в лицо, тот кивнул.

Камо подошел к одной из дверей и распахнул ее. Моему взгляду открылся кабинет. За столом сидел Манташев и что-то быстро писал. Услышав скрип двери, он вскинул голову. Я отметил, что не смотря на вчерашний бурный вечер и, скорее всего, бессонную ночь, нефтепромышленник был бодр и свеж лицом.

— А, дорогой гость! — воскликнул он бодро. — Проходи.

— Александр Иванович, можете вы взять на хранение эту вещь? — Камо вытянул вперед руку, на которой болтался на цепочке ключ.

— Почему нет, дорогой? Сейф у меня большой, все влезет, для всего место найдется, — он встал, прошел к большому сейфу справа от окна. Послышался скрежет открываемой дверцы. С моего места было хорошо видно содержимое сейфа и первое, что бросилось в глаза — тот самый слиток золота из дедовой потайной комнаты. Отлично! Значит, Анисим успел передать Камо мой «подарок».

Манташев взял ключ у Камо, тоже осторожно, кончиками пальцев и положил его на верхнюю полку. Кованая, украшенная чеканкой, дверца сейфа захлопнулась.

Азербайджанский промышленник подошел к Камо, положил ему руку на плечо и они вместе вышли к нам.

— Расписку писать надо или так доверяете? — вроде бы в шутку поинтересовался Манташев.

— Александр Иванович, какие могут быть расписки между своими людьми? — очень дипломатично ответил Бокий.