Вилл невольно напомнил мне о том, какими непростыми были последние двое суток.
— Одна из причин, почему я здесь, — я понизила голос до шёпота, — Кьяр в тюрьме.
Прошло всего несколько секунд. Из глубины коридора донёсся холодный голос мадам Фрины:
— Филипп, проводи девушку в мой кабинет.
Что ж. Как я слышала её, так и она слышала нас.
Глава 24: Грязные делишки.
Кабинет мадам Фрины выглядел подчёркнуто деловым — если не считать обнажённой мраморной статуи у книжного шкафа. Меня разбирало любопытство рассмотреть «хозяйство» поближе, но я приказала себе отвернуться.
Мадам Фрина восседала за письменным столом и жестом указала мне на кресло напротив. Вилл устроился поодаль, в позе человека, который чувствует себя здесь как дома.
— Ди Лардреса Лардос, я могу так к вам обращаться? — тон мадам был официальным, а в золотистых глазах читалось раздражение.
— У меня нет титулов. Линдсеа будет привычнее.
— А выглядишь сейчас как настоящая богачка, — без всякого злого умысла подметил Вилл. — После побега успела обзавестись титулованным хахалем?
Желание врезать этой рыжей бестии вспыхнуло с новой силой.
— Если бы ты нас не бросил… — я ощетинилась, но заставила себя замолчать.
На вид мадам Фрине было около сорока. Белоснежные волосы лежали безупречной волной. Тонкие черты лица и яркие, как расплавленное золото, глаза делали её поразительно похожей на сына. Только вызывающая помада на губах напоминала: передо мной не аристократка, а хозяйка дома утех.
Я коротко рассказала, как нас схватили у порталов и как Кьяра увели под стражу.
— К сожалению, мне так и не удалось с ним встретиться сегодня, — закончила я.
Мадам слушала молча, лишь постукивая острым ногтем по полированной столешнице.
— Больше не смею вас задерживать, — отрезала она.
Я оторопела. Невероятно. Второй раз за полчаса мне указывали на дверь!
— Зачем вы так? — вспыхнула я. — Кьяр сказал, вы поможете!
— А вы верите всему, что вам нашёптывают мужчины в пылу страсти? — её губы дрогнули в холодной усмешке.
Я беспомощно обернулась к Виллу. Тот лишь развёл руками.
Слизняк.
— Я верю только одному. Кьяру.
Мадам Фрина чуть подалась вперёд. В её взгляде не было ни капли сочувствия.
— Милочка, я делаю тебе одолжение. Ты не понимаешь, во что ввязываешься. Возвращайся в свой иллюзорный мир и запомни: василиск — не пара человеку. Семьи вам не создать. И дети в таком союзе не рождаются.
Ладони сами дёрнулись к животу, и я едва не выдала себя.
— Весьма лестно, что вы беспокоитесь обо мне, пусть и запоздало, — ответила я с ядовитой вежливостью.
— Я забочусь только о своём сыне.