Такой же гнев вызывал в нём и Винченцо Вильест. На афишах с заголовками из газет – тех, что набраны крупным шрифтом – пока не было ни слова о находке – его зубе. Зато все газеты обсуждали «убийцу с грузовичком», получившим срок за убийство девушек с психическими нарушениями, – в тюрьме его избили сокамерники, и теперь он находился в больнице между жизнью и смертью.
Час был поздний, кладбище было закрыто. Лиам поговорил только с альпинистами и не успел выяснить, навещают ли их наряду с прочими призраками ещё и опасные. Чтобы попасть внутрь, он решил пройти не через решётку, а через стену. Положил руку на камни…
Оказалось, что через каменную стену проходить труднее, чем через бетон, очевидно, из-за разницы материалов – цемента и обломков горных пород. Лиам высунул голову с противоположной стороны с большой осторожностью.
В двух шагах от него перед могилами прогуливалась молоденькая девушка вся в белом, рассеянно покачивая закрытым зонтиком, который она держала в руке. Приталенный жакет, длинная юбка, шляпа с большими полями… Лиам стал понемногу разбираться в модах, так что сразу понял, что это начало ХХ века.
Увидев, как он выбирается из стены, она вздрогнула и отступила на несколько шагов.
– Живой человек!.. Проходит сквозь стену?
– Первое впечатление, – усмехнулся Лиам.
К ним быстрым шагом приближался мужчина. Седая голова, безупречный мундир морского офицера. Он встал между девушкой и Лиамом, словно собираясь её защищать (или как будто она была его собственностью) и спросил грозным тоном начальника:
– Кто такой?
– М-м-м… Лиам. Так меня зовут.
Надо же, и после смерти ты нуждаешься в удостоверении личности.
– Где расстался с жизнью?
– В больнице, в Туре.
– Что?! Ты не из пропавших без вести? Тогда что ты тут делаешь?
Лиаму надоел этот разговор.
– Пожалуйста, сбавьте обороты. Это что пограничный контроль? А вы-то сами кто такой?
Офицеру не понравилось, что Лиам перехватил инициативу. Девушка, зная характер офицера, поспешила уточнить:
– Здесь находятся только те, чьи тела так никогда и не были найдены, с кем живые не смогли попрощаться. Похоже, это не твой случай.
Лиам никогда не слышал о такой категории – «пропавшие без вести», не знал, что они продолжают жить на кладбищах. Ему был известен только Особняк и ещё понаслышке, что есть и ещё что-то дальше, «за пределами». Он решил объяснить свою ситуацию.
– Я умер всего несколько месяцев тому назад, ещё многого здесь не знаю. Живу в Особняке и хотел бы туда вернуться. Вы не могли бы мне помочь…
Девушка звонко рассмеялась.
– Помочь? Да мы сами не знаем, как отсюда выбраться. (А улыбка у неё просто прелесть!) Но вы можете остаться здесь, здесь совсем неплохо. Меня зовут Лили.