— Не всё. Ещёна Международный фестиваль анимационных фильмов в Анси. И ещё Жак Жиро собирается в следующем году выставить на соискание «Золотого медведя» за лучший короткометражный фильм в Берлине.
— Прыткий. А наш, Московский, чего? — щедрый Ильич сегодня.
— Он раз в два года проводится. Только что прошёл.
— Да, ты ведь министр. Исправь. Сделай ежегодным.
— Тут не я, к сожалению, решаю. Это решает Международная федерация ассоциации кинопродюсеров.
— Верю, Пётр, у тебя получится. Считай, получил напутствие. Работай.
Уже хотел уходить, как получил в спину:
— А что, Пётр, эти артисты ещё не уехали?
— Нет, я их в гостиницу Москва заселил. Решаем пару вопросов.
— Завтра давайте в пять вечера в Свердловский зал Кремля. Наградим режиссёра, актрису эту и Бика твоего орденами Дружбы. Раз фестиваль только через два года, — ага наградим, захотел видно Ильич Мишель Мерсье троекратно поцеловать. Насмотрелся на трусы оранжевые. Представил, что под ними. Вот и захотелось поцеловать. Не жалко, пусть целует, и полезно для дальнейшего сотрудничества.
— Спасибо, Леонид Ильич, — обрадовался Пётр.
— Тебе-то чего спасибствовать? Подожди, неудобно ведь получится. Их наградили, а тебя нет. Готовь дырочку на пиджаке. Тоже орден Дружбы дадим. Заслужил.
Сходил, обрадовал французов. И ведь на самом деле обрадовались. Только Мерсье в панике. Нет парадного платья. Пришлось вести в Большой. Всех пятерых. Культурный шок у лягушатников.
— А можно мне, и вон то платье, и вот этот костюм, а этьё. Петья, je vous prie s’il vous plaît. Просю.
Небритый Жак Жиро посмотрел образцы костюмов и ткнул перстом в серый приталенный двубортный.
— Этьё, de toute beauté. (Очень красиво). Пасибо. Карашо.
Выпроводил гостей и бросился назад к Дольче Габанову.
— Успеете?
— Тут две костюмерши есть. Если помогут? Не знаю.
— Ладно, приступайте.
Пришлось искать Зайцева.
— Слава, давай бегом в Большой со швейной машинкой. Потом поговорим о дальнейшем сотрудничестве. Сейчас честь страны спасать надо. И если ещё одну хорошую швею привезёшь с машинкой, то лишней не будет.
Вечером, пока вновь созданная студия Дольче & Зайцев шила на французов парадную одежду, Пётр с этими французами обговорил то, зачем они все вместе и прикатили.
А прикатили за разрешением изуродовать «Рогоносца». Хотят из него комедию сделать. Мечи, сражения? Как комедию? Хотя, вот есть ведь «Коридоры времени»? Есть смешные моменты в «Истории Рыцаря». Что ж, братья фханцузцы, снимайте. Сценарий? Не, ребята. Книга понравилась Де Голю? А вы откуда знаете?
— Онь мнье сам сказаль. На прийёме в Германском посольствье, — пояснил Марсель. — Он приглашаль его Превосходительство Министр Тишкофф во Францию.