Яков Аронович следующий сценарий напишет послабее. «Неисправимый лгун». Вицин почти вытащит. Поможем. Усилим актёрский состав. Придумаем пару смешных эпизодов. Нужны нам комедии. А раз нужны, значит будут.
Загорелся свет. Полтора часа, как и не было. Получилось кино. Получилось!
— Товарищ Гайдай, вы гений. Сегодня же подпишу документы на присвоение вам «Заслуженного».
— А ведь обещали четыре месяца назад. Думал уже, что обманули, — смутился мэтр.
— Вот напомнили бы. Собирался ведь. Закрутился. Сейчас дудки. Спасибо за чудесный фильм. Доделывайте. И беритесь за следующий, — указал на папки со сценариями.
— А Мишу-кувалду оставите?
— А нужен?
— Без него ещё бы и не начали, — смеётся.
А ведь почти, правда. Пётр, как и обещал, приставил к Гайдаю «Д’Артаньяна».
И решил среди этой братии кинематографической не искать. Нет там таких. Пошёл к Цвигуну. Нужен здоровущий лоб. Но не дурак. И наглый до омерзения. Кузьмич посмеялся и прислал отставника. Старшину. Где только взял? Метр девяносто и кулаки с голову взрослого человека. И хохотун. Только вот когда Миша — кувалда хохочет, у остальных диарея развивается.
— Го-го-го! — и три вопроса из двух решены.
Почти и не пользовался грозной бумагой. Так если натыкался при переговорах на старенькую старушку. Те и на аусвайс почти не реагировали. Один раз Гайдаю пришлось до министра добираться, чтобы бухгалтера семидесятилетнего (нюю) заставить резолюцию вынести. И ведь даже не отправил с почетом её Пётр на пенсию. Съездил, задал пару вопросов и поблагодарил. Но в этом случае попросил сделать исключение. Пока такие бабушки ещё живы и работают, страну не разворуют Гусинские с Березовскими. Жаль мало их осталось. Не Гусинских. Тех всегда хватает. Все тюрьмы переполнены. Вот не свирепствует КГБ, не хватают врагов народа за «колоски», и два миллиона по тюрьмам и по зонам. Где Солженицын? Чего не поднимает вопрос? В тюрьму посадили за изнасилование школьницы? Вот ссука! Чувствовалась в нём гниль. От, завизжат за бугром! Или наоборот? Заткнутся.
Глава 51
В автобусе. Мужик Женщине на ногу наступил, решил извиниться: — Пардон. Женщина вся обомлела: — Француз? Мужик: — Ну, дык ёбтыть…
Никогда не понимал французов. Кроме тех, кто говорит по-русски.
Думал, что крутой. Да, что там думал, точно знал.
Посмотришь в зеркало, а там яйцо. Тьфу, оговорился — лицо. Да.
Вчера приехал барон Марсель Эммануилович Бик. Приехал не один. Привёз Мишель Мерсье. Ещё привёз сына Антуана. Мальчишке шёл двадцать восьмой год. Четвёртым в этой компании был Эдуард Буффард — друг и соратник Марселя, ещё с того далёкого послевоенного года, когда два товарища решили в гараже на коленке делать стержни для шариковых ручек.