Ушёл расстроенный. Дурачок. Тебе же лучше.
Интермеццо 11
Не просто так люди водку пьют, а с беседами, песням, драками и хороводами.
А вы говорите — чайная церемония.
Большое семейство Меркадеров собралось всё вместе впервые лет за тридцать. Ещё с испанской гражданской. Много. Побнимались, поназадавали друг другу кучу вопросов, снова пообнимались, женщины расплакались. Мужчины вышли на балкон покурить, а женщины ушли собирать на стол.
Рамон прибыл в Москву одновременно с матерью и братом Хорхе. В аэропорту не встретились, а вот у подъезда дома встретились. Рамон выгружал из багажника такси подарки. Фрукты в основном. И тут ещё одно такси подъезжает, а оттуда во всём Парижском блеске выплывает Эустасия Мария Каридад дель Рио Эрнандес. Следом и Хорхе вылез. С ним точно тридцать лет не виделись. Постарел, а кто может помолодеть за тридцать лет. Встретил бы в толпе, не узнал.
Выскочила из подъезда жена Рамона. Увидела из окна.
В Москву Рамон Меркадер и Кубы в 1960 году приехал со своей супругой — мексиканкой Рокелией Мендосой Буэнабад, на которой он женился ещё в тюрьме. Она носила ему передачи во время заточения.
Своих детей у них не было, однако они усыновили двух детей (дочь звали Лаурой, сына Марком), чьи родители погибли в борьбе с франкистским режимом в Испании. Дети сейчас в Мексике. Повзрослели и уехали.
Рокелия устроилась на работу диктором в испанской редакции Московского радио. Там и сейчас трудится. Особой любви нет, но всё-таки родной человек рядом.
За столом все не уместились. А мебели в доме и нет почти. Сняли дверь с петель. Положили на спинки стульев. Прошлись по соседям пробежаться, собирая табуретки и стулья. Да, даже тарелок и ложек с вилками на такой табор не хватило. Опять по соседям.
Расселись. Женщины пили шампанское, благо не дефицит, в любом магазине вино-водочном пожалуйста. А вот сильная половина потянулась к сильным напиткам. «Попробовали» привезённый Хорхе коньяк Remy Martin (Реми Мартин). «Продегустировали» доставленную Витторио из Италии граппу Stravecchia (выдержанная) Poli Grappa Rhum (Граппа Поли Рам). А в оконечности накушались армянским «Отборным». И забугорные родственники заплетающимися голосами признали. Русский — très bien. Карашо, bueno, superior.
Из этой сумбурной встречи. Рамон чётко запомнил только один момент. Витторио Де Сика жаловался, что не может найти человека, который познакомит его с новым министром Культуры СССР Тишковым. Луис поискал среди своих знакомых. Но там учёные, и к культуре ни какого отношения не имеют. А запись на приём к министру аж за месяц.