— Нет, есть бог на небе, и зовут его Пётр. Или он только ключник? От погребов райских! — лесть, а приятно.
— Марк Янович, я хотел вам головной боли подкинуть. Не против?
— А навар с той боли будет? — смеётся, гад.
— Честное слово, будет. — Ну, кому-то точно.
— Тогда не томите. Готов выслушать приговор.
— Товарищ Макаревич, есть предложение забрать ковровое производство в колхоз «Крылья Родины». Станки в бывшем бомбоубежище как бы и ничьи, сами ведь делали. Я закажу на завод. Ещё пять сделают. Бомбоубежищ в городе хватает. Займём ещё одно. Все женщины пишут заявление об уходе, а потом к вам на приём. А вы подумайте и о строительстве нормального здания. Нечего по подвалам здоровье гробить. И ещё, вы поспрошайте всех узбечек, и вашу тоже, может там, в Ташкенте, ещё кого переманить можно. Пару дивчуль. Гарем себе организуете.
— Забавное предложение. Понимаю, что времени у меня на размышление — пока спичка горит. Ну, вот, догорела. Задаю ряд вопросов. Нитки? Стрижка? Реализация, не в смысле, где взять покупателей, а в смысле ОБХСС? — Ага. А мы знаем ответы. Подготовились.
— По порядку. Нитки будет сначала присылать заграница. С французским бароном я договорился. Он купит, вам продаст. Потом нужно поискать и у нас в стране. Проблема с окрашиванием. Может, придётся и красильню организовывать. Будем краски покупать опять у буржуя. Со стрижкой проще, тот же Серов и подстрижёт за денежку малую. Вы предприятие, они — предприятие, заключаете договор и всё. Ну, а если будут дёргаться, то найдём на них управу. Не на Марсе живут. Подскажем, откуда ветер дует. По реализации ещё проще. Вы — предприятие! Мёд же будете продавать? Ответил?
Трубка помолчала, помолчала, да и выдала.
— Я так понимаю, что один из первых ковров будет с портретом Брежнева?
О, как! Догадался. Почти. Вчера Пётр выпросил у Цвигуна замечательный снимок: Брежнев с ружьём стоит над поверженным лосем. Красота. А ещё — индульгенция. Нет. Не построим мы коммунизм. Но пока страна не развалилась, хоть в одном городке жить лучше станет. Чуть-чуть лучше.
Глава 27
Школьный педсовет:
— А давайте откроем в школе курилку? Всё равно ведь дети курят.
— Да ладно. Пусть курят в рюмочной.
«Милый дедушка, Константин Макарыч! — писал он. — И пишу тебе письмо. Поздравляю вас с Рождеством и желаю тебе всего от господа бога. Нету у меня ни отца, ни маменьки, только ты у меня один остался». — Пётр отложил книжку и непонимающе посмотрел на дочь, наклонив голову.
— И в чём проблема? Зачем ранцами кидаться?
— Ну, нам в первый же день школы вон сколько задали. И прочесть и на вопросы ответить, — Штелле глянув учебник ещё раз. Вопросы?