До председателя колхоза добрался на следующий день к вечеру, то одно, то другое, то снова одно за другим.
— Марсель Тимурович? — в светёлке (иначе и не назовёшь) сидело трое: мужичок в пиджаке не по росту и две женщины, одна стучала на машинке, вторая вязала.
— А ты кто, уважаемый?
— Ну, здравствуй, труженик. К тебе я. Зовут меня Пётром. Прошу не бить колом.
— Шёл бы ты лесом, Петя, — насупился Тимурович и красные глазки в кучку собрал. Злится.
— Твоя взяла, Марсель Тимурович. Я министр культуры СССР. Вот удостоверение. Я хочу у вас в старой кузне открыть художественную мастерскую. Всё строго по закону. Мне доложили, что вы палки в колёса нашей экономике вставляете! — подскочили обе бабёнки, что-то прорычали и ломанулись изь «кибинета».
— Тёмные личности приходили, неруси, — совершенно не испугался грозного начальства председатель.
— У нас многонациональная страна, да и ты не из великодержавной нации.
— А какая мне с того выгода. В смысле не мне, а колхозу. И так в долгах, как в шелках. А тут ети, — ну, торг это хорошо. Это мы умеем.
— А что надо?
— Свинарник надо починить. Коровник надо починить. Трансформатор нужен новый. Пару тракторов, молотилку. И сто человек работящих мужиков, — весело. И это в двадцати километрах от Красной площади. Ну, может, в тридцати.
— А есть, кому чинить?
— Нетути.
— А трактористы?
— Пропойцы.
— Трансформатор будет. Трактора французские будут. Пару тысяч наличкой на ремонт коровника дам.
— А пошли ко мне в бухгалтера.
— А пойдём!
Глава 32
Песня — это когда слова положили на музыку. Современная песня — это когда положили и на музыку, и на слова.
Два мужика на концерте: — Ах, какая музыкальная палитра! Только глиссандо на восьмушку запаздывает…
— Из всего, что ты сказал, я только про пол-литра понял.
— Вот, Пётр Миронович, как заказывали.
— Посмотрим, посмотрим. Да вы присаживайтесь, товарищ Кондаков.
Директор ГБЛ Кондаков Иван Петрович торжественно сунул Петру под нос небольшую пачку листов и гордо прошествовал в другой конец кабинета, сел за самый крайний стул.
— Иван Петрович, давайте поближе, а то не услышим друг друга. Хотя ладно, я сейчас Тамару Филипповну позову, она будет вам мои слова передавать, а мне ваши, — Штелле сделал вид, что сейчас будет звать секретаршу, даже воздуха в полную грудь набрал.
— Ну, зачем же! — директор Ленинки вскочил и через долю секунды уже сидел в непосредственной близости.
И чего они её все боятся? Непейводу может и не мисс вселенная, но вполне красивая женщина. Чуть высоковата. А может это вы в детстве мало морковки грызли?