Голос из зала:
— Товарищ председатель! А вы не приукрашиваете?
Пятнадцатого сентября вернулся из Ташкента Пётр Оберин с женой. Прилетели на самолёте. Привезли и часть навербованных девушек. Четверых. Тишков их одел, пусть и не в платья от Димки Габанова, но прилично, купил зимнюю одежду вдобавок и отправил поездом в Краснотурьинск. Будут поднимать производство ковров на новую высоту. Понимая, что у них ни кружки, ни вилки, выдал каждой девушке по пятьсот рублей на обзаведение хозяйства.
И вот выдавая деньги, Пётр вдруг сложил в голове интересные цифры. Ковёр 2×3 метра. Стоит четыреста рублей. Дорого. Вне всякого сомнения. А теперь назад. Зарплата работницы 80 рублей. Срок, даже у стахановок, три месяца. Огромное количество шерстяных ниток. Потом перевоз в другой город и стрижка. Потом на какие-нибудь склады, дальше магазин и наценка магазина. Вывод: производство ковров в СССР — бизнес убыточный. И не просто убыточный, а серьёзно убыточный. И спрашивается, зачем он повесил это ярмо на колхоз «Крылья Родины»? Мёд — понятно. Выращивание луковичных на срезку и на продажу самих луковиц — это огромная прибыль. Ансамбль «Крылья Родины» уже заработал несколько миллионов долларов. Зелёные не дадут, но и боны это тоже не плохо. Государство налог возьмёт, тут и ежу понятно, но теперь точно хватит денег и на инструменты очень качественные и на электронику и электрику.
Правда, с переездом Маши — Вики в Москву в Краснотурьинске держать всех певцов и музыкантов не сильно правильно. Пока Штелле не решил, как выходить из этой ситуации. С одной стороны, там всё отлажено и даже вовсю идёт строительство трёхэтажного дома для творческой интеллигенции. С другой стороны — Вика Цыганова и он. Как новые песни разучивать? Как репетировать? Так ведь ещё и Высоцкого туда лечиться от алкоголизма отправил.
После гастролей все уже уехали на Урал. И уехали не просто так. С довеском солидным. Громыко не поскупился. Представил весь коллектив к наградам, а Брежнев с радостью помог Председателю Президиума Верховного Совета СССР Николаю Викторовичу Подгорному быстро указ опубликовать. Всем дали ордена «Знак почёта», в том числе и Высоцкому, а Марии Петровне Тишковой и главе делегации — Пётру Михайловичу Субботе ордена «Трудового Красного Знамени».
Самое интересное, что когда награды вручали в Свердловском зале, то Пётр подумал, что это, наверное, чуть ли не единственный раз, когда глава делегации не просто пиджак для ордена. Пётр Михайлович уезжал весёлым толстячком, балагуром, а вернулся седым, худым и с чёрными пятнами вокруг глаз. Хапнул горя.