Проигравшая девица, к слову, так и рвалась продолжить поединок, но рефери ее осадил:
— На соревнованиях или в бою пойдешь до конца, а тут у нас, все-таки, тренировка!
В бою — и не на соревнованиях? Хм…
Отправив потрепанных соперниц отдыхать,сабомним окинул взглядом нас остальных, как видно, собираясь вызвать надоянг следующую пару, но в этот момент в зал заглянул какой-то суетливый мужичок.
— Товарищ Но, прошу прощения! — окликнул он тренера. — Звонили с проходной, вас там срочно ожидают!
— Кто ожидает? — нахмурилсясабомним .
— Мне не сказали, — развел руками вестник. — Просто попросили вам передать.
— Хорошо, сейчас подойду, — помедлив, кивнул Но — как его, оказывается звали. — Ким, ты за старшего, — повернулся он к узколицему «черному поясу». — Продолжайте поединки. Чона, вон, проверь, как он после перерыва!
С этими словами тренер вышел из зала
— Чон, слышал, что сказалсабомним ? — тут же резко окликнул меня Ким. — Готовься! А соперником мы тебе поставим… поставим… — он задумчиво оглядел присутствующих в зале. — Поставим Кенга! — с ухмылкой ткнул пальцем в бугая лет тридцати, «черного пояса», тут же смерившего меня таким тяжелым взглядом, что оставалось лишь удивляться, как я не ушел под ним по колено в пол.
Хм… Как-то немного похоже на подставу, нет?
Кстати, подумалось так не мне одному.
—Бусабомним , что вы такое затеяли? — нахмурившись, подскочила к узколицему Сук Джа. — Кенг же Чона подоянг размажет!
Услышать такое из уст девушки было не слишком приятно, но очень уж это походило на горькую правду!
—Сабомним велел его проверить, — невозмутимо пожал плечами Ким. — Вот Кенг и проверит!
— Это будет не проверка, а избиение! — не унималась, однако, девушка.
— Избиение — это в темном переулке, а надоянг — честный поединок! — отрезал узколицый. И добавил: — А чем болтать, лучше посекундируй своему Чону — а то, гляжу, он с испугу забыл, как экипировку надевать! — я в этот момент и впрямь нелепо крутил в руках шлем, уже подсунутый мне кем-то.
Кажется, Лим хотела было продолжить спор, но передумала и подошла ко мне. Помогла надеть шлем, подала капу и перчатки.
— Все плохо? — одними губами спросил у нее я. Ситуация, надо признать, нравилась мне все меньше и меньше.
— А сам будто не понимаешь, — буркнула Сук Джа. — Кенг — он же вообще ничего не соображает! А вот о чем Ким думает — ума не приложу…
Последнее, впрочем, вскоре прояснилось.
Вызвав нас с противником в центр площадки, узколицый вдруг склонился ко мне и едко шепнул:
— Товарищ Квак просил передать привет! Этим сейчас Кенг у нас и займется!