Ах, да: в Москве же все еще утро! Там я сейчас только-только ушел, через чердак и затем по крыше, из еще недавно казавшейся абсолютно надежной съемной квартиры — добрые люди предупредили, что адрес вот-вот вычислят люди, наоборот, недобрые. До вечерней встречи с мудан — еще целая вечность!
Зараза! За что мне все это⁈ За какие-такие грехи?!!
Нет, понятно, за какие — но твою ж наперекосяк, что ж так жестко-то⁈
Нещадно костеря про себя немилосердную судьбу, косячную бабку-шаманку, выведшего меня на нее жадного посредника, а заодно с ними и всех корейцев мира, как северных, так и южных, я хмуро поднялся на пятый этаж, нашел глазами свою квартиру — номер знал из удостоверения личности — нащупал в кармане ключи, отпер ими дверь и переступил порог.
Дом, милый дом, чтоб его! Наше вам, блин, с кисточкой!
8. Дом, милый дом…
Если на лестничной площадке было достаточно светло — благодаря небольшим, но идеально чистым окнам (интересно, кстати: их мы, жильцы, тоже моем по очереди, или для этого все же есть какой-нибудь специально обученный человек?), то в тесной прихожей квартиры царствовал полумрак. Не столько углядев, сколько нащупав на стене выключатель, я попытался зажечь свет, но фиг там — не вышло. Не тот рубильник? Оставалось надеяться, что, перепутав тумблер, я только что случайно не запустил ядерные ракеты в сторону Штатов или Японии. С моим самозванно секретным военным прошлым — мало ли? А шпионы — настоящие, не чета мне — точно не станут искать тайный командный пункт в этой, уж извините, дыре!..
Снова шучу, разумеется. Такой вот у меня здесь почему-то извращенный недоюморок прорезался, не знаю уж чем навеянный.
На самом деле, в угадывавшейся под низким потолком безыскусной люстре, видимо, просто перегорела лампочка. Что ж, бывает…
Не разуваясь — жуткий моветон по корейским меркам, по крайней мере, на Юге — я протопал в ближайшую комнату. Собственно, единственную жилую — кроме нее и крохотного пятачка прихожей в квартире имелись еще только маленькая кухонька и совмещенный санузел. Но пока я ничего этого не знал — просто двинулся на свет, как мотылек.
А вот что выяснилось почти сразу — выключатель не работал и здесь. Не иначе, электричества не было во всей квартире. А может, и во всем доме. Или даже в квартале? Я попытался припомнить, горел ли свет в давешнем магазинчике — не факт, очень может быть, что там тоже все сводилось к чистым окнам.
Хотя, вон, троллейбусы по улицам как-то ездили…
Ладно, не суть.
В любом случае, в комнате, куда я попал, было достаточно светло, чтобы уверенно осмотреться. Простором она не поражала, но в силу минимума мебели единственному жильцу здесь вполне нашлось бы где развернуться. Еще в дороге по отдельным обмолвкам Пака я предположил, что дома проживаю один — нет ни престарелых родителей, ни жены или актуальной подружки, ни братьев с сестрами. И беглый осмотр этот вывод сходу подтвердил.