— А я слышал, бывают корейские версии этой…Виндуу , — зачем-то брякнул я.
Ну а вообще: что такого? Мало ли, что болтают?
— Бывают, — кивнула моя начальница. — Но там — южный диалект корейского. Работать с таким… — она запнулась, подбирая слово — и нашла, как видно, наиболее подходящее: — мерзко!
— Да, если так — то конечно, — поспешил согласиться я.
— Вон там, — указала на полочку с книгами Мун Хи, — есть мануал поВиндуу . Тоже, конечно, на английском — но разберетесь. Это и будет вашим рабочим заданием на сегодняшний день — освоить компьютер. Не успеете — продолжите завтра, но я думаю, до вечера вы справитесь.
— Постараюсь, — заверил я ее.
— Кроме того, у меня будет к вам еще одна просьба, — кивнув, продолжила Джу. — Помогите, пожалуйста, Пак разобраться с кофемашиной. Инструкция там в разы тоньше, чем кВиндуу — поэтому начните, наверное, с этого — а затем уже возвращайтесь к компьютеру.
— Хорошо, — пообещал я.
В этот момент как раз вошла секретарша — с двумя портретами и небольшим мешочком. Все это она положила мне на стол — и с поклоном удалилась.
— Повесите сами? — повернулась ко мне начальница. — В стене уже есть гвоздики — просто Пак не дотянется…
— Сделаю, — подтвердил я.
— Ну, тогда пока у меня к вам все, — помедлив пару секунд, заявила Мун Хи. — Осталось еще, конечно, что-то решить с вашим костюмом…
Дался ей этот костюм!
— И с телефоном, — напомнил я — возможно, несколько бесцеремонно.
— И с телефоном, — кивнула Джу. — Но это все — вечером… Да, рабочий день у нас, как и везде в Пэктусан, до 17:00. Самой мне нередко приходится задерживаться дольше, но, если специально не попрошу, сидеть на месте и ждать моего ухода не обязательно.
— Понял.
— Обеденный перерыв для сотрудников аппарата Управления — с двенадцати до часа. Сама я обычно в нашу столовую не хожу — так что компанию вам составит Пак.
— Понял.
— Тогда — за работу, товарищ Чон! — благосклонно улыбнулась мне начальница — и вышла, плотно притворив за собой дверь.
Первым делом я занялся портретами. Гвоздики для них в стене действительно нашлись — но высоковато не только для Пак, но и для меня. Имевшееся в кабинете офисное кресло на колесиках для того, чтобы встать на него ногами, подходило мало, двигать же к стене стол со всей оргтехникой я не решился — и сходил в приемную за стулом.
— Сейчас верну, — заверил секретаршу.
— Можете хоть навсегда у себя оставить, — пожала плечами та.
Так я в итоге и поступил. Пусть будет.
В мешочке, принесенном Пак вместе с портретами, оказался, судя по всему, набор для ухода за ними: щеточка, тряпочка и небольшая ванночка. Все это хозяйство я убрал на свободную полочку.