— Да знаю я! — раздраженно перебила меня собеседница. — Но, когда на английское предложение смотрю — почему-то у меня не срабатывает! Я будто захлебываюсь и тону — не за что зацепиться! И рука сама это «a» везде ставит!
— Какая непослушная рука, — в деланом сокрушении покачал головой я. — А насчет зацепиться… Ты вот что попробуй, — предложил затем. — Ведь откуда взялся артикль «а» — ну, или «an»? Это бывшее слово «one» — знаешь такое?
— Да, кивнула она. «Один», — если что, по-корейски это звучало как«хáна », при счете чего-либо часто сокращающееся до «хан» .
— Не улавливаешь сходства? Чисто на слух? «One» —«хан »… — для наглядности звук «х» я почти заменил простым выдохом.
— Точно! — удивленно протянула девочка. — Это что, получается, английский произошел от корейского? — сделала она неожиданный вывод.
— Корея — колыбель цивилизации! — не стал прямо возражать я. Вообще, даже неплохо получилось: вбитая в голову ассоциация, пусть и самая нелепая — отличное подспорье! — Так что просто попробуй подставить перед словом вместо артикля «один» — вот прямо по-корейски, — подытожил я. — «Один вода» ведь не скажешь? И «один мальчики». Это, конечно, не когда нужен определенный артикль — но там у тебя почти и нет ошибок… — ну, такой еще, конечно, метод, но на данном этапе — должно было сработать. Не дать «захлебнуться и утонуть» в чужом языке.
— Кажется, я поняла… — задумчиво кивнула школьница. — Можно я еще раз тест пройду? Новый? — спросила она затем у меня.
— Почему нет? — развел я руками.
Сто из ста она, правда, и на этот раз не набрала. Но девяносто один зачетный балл выбила шутя.
— Получилось! — просияла девочка, прочтя результат. — Раньше у меня никогда и близко столько не бывало! А для Первой школы восемьдесят процентов надо!
— Молодец! — похвалил я ее.
— Это все вы! — и не подумала задаваться моя собеседница. — С вашим«хан» — «one»! Я как стала примерять корейское «один» вместо артикля — так сразу и начало получаться! Спасибо вам огромное!
— Не за что, — улыбнулся ей я.
— Кстати, меня зовут Нам Хи Рен, — протянула мне узкую ладошку школьница.
— Чон Сун Бок, — с улыбкой представился я в ответ, аккуратно пожимая ей руку. И переспросил: — Ты сказала, Нам? А я думал, вы с Джу Мун Хи — сестры…
— Двоюродные, — пояснила девочка.
— Кому Мун Хи, а кому и товарищ Джу! — негодующе раздалось тут у меня за спиной.
Мы с Нам Хи Рен дружно обернулись: в дверях комнаты стояла неплохо — даже по московским или сеульским меркам — одетая молодая женщина лет двадцати семи.
Не иначе, вернулась домой долгожданнаяонни . Она же — грозный начальник Управления в концерне Пэктусан. И выражение ее лица, кажется, не сулило ни мне, ни моей юной новой знакомой ничего хорошего.