Кто-то мог бы сказать, что она предала свою Родину… Просто эти люди не видели, как бьют через Дунай 305-миллиметровые и 420-миллиметровые гаубицы, как разносят любые укрепления фугасные снаряды и как над скоплениями врага иногда расползаются ядовитые желто-зеленые облака. Промышленность Германии уже освоила упаковку отравляющих газов в снаряды вместо неудобных баллонов, и теперь первые небольшие партии проверялись в бою, чтобы в 1916 году уже массово насытить ими окопы врага и на Западном, и на Восточном фронтах.

Возвращение, посадка… В отличие от невезучей 10-й армии Эйгхорна, где враг сумел устроить полноценный налет на фронтовой аэродром, здесь можно было не бояться держать самолеты рядом с передним краем.

— Сколько? — прямо на полосе Корону встретил улыбающийся Иммельман.

— Один аэростат, — поморщилась Корона. — Было бы больше, но после того, что мы устроили в небе над Белградом, они просто боятся подниматься в воздух.

— Вы очень кровожадны для графини. Это интересно…

Корона склонила голову набок. С ней многие пытались флиртовать, но раньше она просто этого не замечала. Не хотела замечать, потому что ей не нужны были те, кто готов был согласиться на ее постаревшее тело. Сейчас же все изменилось: людей интересовала не она, а Ночная Ведьма, а когда любишь не человека, а образ, возраст в таком случае не играет совершенно никакого значения.

— А ты наивен, — Корона ответила как обычно, но позволила себе еле заметно улыбнуться, и Иммельман точно это заметил.

Увы, продолжить игру у нее не получилось. В тот же день пришла срочная телеграмма, в которой сообщалось о переброске их эскадрильи. В Сербии они сделали то, что должны были, и теперь их ждали в Вильгельмсхафене. Немного неожиданно. Морская база «Цеппелинов» могла означать лишь одно: их планировали привлечь к налету на Лондон, вот только… Ни один самолет в 1915 году не смог бы потянуть перелет от германских территорий до британского берега.

Впрочем, наверняка в штабе что-то придумали, а ей нужно будет просто полететь. Корона за этот год прочно уяснила одно: в небе ей не было равных, а значит, что бы ни случилось, ей можно ничего не бояться. А помочь отбомбиться по Лондону — с этой задачей была согласна и Мария Калерги, и почти затихшая внутри нее старая нескладная восемнадцатилетняя Корона.

* * *

Я был зол. Я был очень зол.

— Давайте еще раз, — повторил я, буравя взглядом Божича и Вилкас. — Эмилия договорилась с бандитами продать им какую-то редкую штуку, а ты пошел с ней, чтобы… Что?

— Мы просто постоим рядом. Мы военные, мы офицеры, ни один бандит не станет с нами связываться, а Эмилия получит возможность передать ценную информацию ротмистру Котику. Разве помочь девушке — это не наш долг?