— Эмилия, не надо! — закричал Котик.

— Там стрелок на крыше! — я сообразил, чем все это может кончиться, но… Опоздал.

Следующий выстрел действительно прогремел с крыши, и теперь уже Эмилия рухнула на землю. Да что же такое! Я бросился к девушке, но у той на губах уже пузырилась кровавая пена — не спасти.

— За маму, — по-детски тоненько-тоненько выдохнула она и замерла.

— Вот так всё всегда и заканчивается, — немец постанывал от боли, но его рана была совсем не такая серьезная. — Любители умирают, профессионалы продолжают делать свое дело. Иван Андреевич, мы прервемся на пару дней, но вы не волнуйтесь. Уже к вечеру жандармам придется меня отпустить, и мы снова встретимся.

Он вытащил из кармана белоснежный платок и прижал его к раненой ноге. Левой рукой. И как-то сразу все стало понятно. Эмилия назвала его убийцей матери, и вот передо мной левша. Я словно вживую увидел ту рану на Вилкас-старшей, а потом так же легко представил, как этот франт выхватывает нож — вот же он, на поясе — и небрежно, но именно своими руками обрывает ее жизнь. Еще и садист. Да, в чем-то мы похожи, мне тоже плевать на смерти, но наслаждаться ими — каким же нужно быть уродом.

— Отпустят? Почему? — я сделал шаг вперед, пока жандармы отвлеклись на стрелка и временно не обращали на нас внимание.

— Дипломатическая неприкосновенность, — убийца хмыкнул.

И я поверил, что такой даже после всего устроенного сумеет вывернуться. Тогда… Я подошел еще ближе, вытащил платок из ослабевших рук и под ошалевшим взглядом обернул им рукоять того самого ножа на поясе.

— Что вы делаете?

— Ничего особенного… Просто немного поправим то, что недоделала девушка.

И я воткнул нож в рану от пули, убеждаясь, что добрался до бедренной артерии.

— Вот на этот раз все правильно, — попрощался я с убийцей.

Теперь убрать нож, перетянуть рану ремнем — такую кровопотерю это все равно не остановит. Зато не будет вопросов, а что это я делал так близко.

— Что с ним? — к нам подбежал Котик. — Его надо обязательно допросить!

— Труп, — я если и опередил время, то буквально на пару минут. А вот теперь собраться! — А что остальные?

Я видел, что пара человек уже оказывали помощь Божичу и Котлинскому. Им досталось, но их никто не бросал, а значит, шансы точно были. Я сопровождал их до больницы, прямо по пути рассказывая Котику все, что успел узнать в процессе. За исключением своей роли, правда, но все остальное выложил без утайки.

— Единственный вопрос у меня остался, — закончил я свой рассказ. — Как вы догадались, что те ракеты были для вас, и почему захватили с собой так много людей? Обычно же пару человек берете, и все.