Тенишев забрался в самолёт и какое-то время осматривался. Удовлетворённо хмыкнул, проверив содержимое сухпайка, еще удовлетворённей хмыкнул, обнаружив две фляги с водой. А обнаружив под ногами бутылку, пришел в полный восторг.

— Вы словно имели опыт подобных перелётов.

— Нет. Но с курсантами порою летал целый день без перерыва, и некоторые нюансы физиологии пришлось усвоить.

— Что ж, это неплохо. Какой у вас нынче налёт?

— Честно говоря, не считал. Но, учитывая работу инструктором, часов двести наберётся.

— Немало, — уважительно констатировал князь. — Ну, с богом. Поехали!

* * *

Тенишев не обманул: держать самолёт в равновесии он научился очень быстро. Может даже, быстрее Верочки Соловьёвой. К концу первого часа полёта он уверенно вёл аппарат по прямой, не слишком при этом напрягаясь. Впрочем, самолёт оказался в управлении простым. Как показал опыт, если просто бросить ручку, он летел практически сам по себе. Если бы еще не ветер, воздушные ямы и прочие неприятности, то и автопилота не нужно.

Мотор работал чётко, размеренно чучухая поршнями. Негромко гудела горелка в котле, да свистел разрезаемый воздушным винтом воздух. Высота была около километра, скорость — чуть больше ста миль в час. Под крылом проносились дома, сады, поля. Порою — холмы, невысокие горы. Мимо время от времени пролетали птицы, до глубины души оскорблённые вторжением человека в их мир и громкими криками выражавшие своё негодование. Конечно, это была не та полнейшая тишина, привычная уху спортсмена-планериста. Но издаваемые мотором негромкие звуки совсем не мешали наслаждаться полётом.

Внизу промелькнул Сиваш и потянулись выжженные солнцем степи Екатеринославской губернии. Пейзаж не менялся. Не было ни единой зацепки для глаз, даже завалящего облачка. Андрею в какой-то момент даже показалось, будто самолёт завис в воздухе, настолько неподвижным выглядело окружающее пространство. Но вот впереди показалась ниточка железной дороги, на ней — поезд, поднялся тянущийся за паровозом дымный шлейф, и мир, получив точку отсчёта, снова ожил, задвигался.

На небе впереди показалась серебристая точка. Она плавно росла, через некоторое время превратившись в дирижабль.

— Это ваш, Владимир Анатольевич? — спросил Веретенников.

— Мой, — ответил князь. — Давайте поднимемся выше. На верхней части корпуса наблюдателей нет, нас не заметят. Да и что солнце сейчас у нас за спиной, дополнительный фактор маскировки.

— Хотите сделать сюрприз? — понимающе спросил Андрей.

— Именно!

Лица Тенишева не было видно, но по интонации голоса можно было понять: сейчас он улыбается во весь рот, как мальчишка, задумавший очередную каверзу. Андрей, захваченный настроением Тенишева, очередной его безумной идеей, невольно и сам заулыбался.