Я достал из кольца карту — грубую схему, которую мои люди нашли в одном из «умных» архивов. Там было отмечено несколько крупных узлов: жилые сектора, мастерские, складские зоны, энергоцентр. Моя цель — энергоцентр и склады рядом с ним.

Сверху, как правило, валяется то, что никто не утащил только потому, что оно никому не нужно: пустые контейнеры, разбитые корпуса, старые стержни, которые уже мертвы.

Я не обольщался.

И всё равно начал с верхних уровней — потому что привычка хорошая: не прыгать в пасть сразу, если можно сначала понять, что прячется в глубине.

Первый зал встретил меня горой мусора.

Груды металлических рам, куски панелей, поверженные стойки, на которых когда-то держались системы. На полу — несколько стержней питания, но едва я взял один в руку, как почувствовал: пустой. Даже не «разряжен», а выжжен. Как батарейка, которую пытались заряжать молотком.

— Прекрасно, — пробормотал я. — Значит, «сокровища древних» сегодня — это хлам и разочарование.

Я бросил стержень обратно. Он звякнул о металл с таким звуком, будто смеялся надо мной.

Шаги в коридоре за спиной появились почти сразу. Тяжёлые, неровные. И скрежет, словно кто-то тащил по полу железо, но железо было частью него самого.

Я не стал делать вид, что не слышу.

Обернулся.

Из тени вышло существо, которое когда-то могло быть человеком. Теперь это была смесь плоти и механики: пластины вросли в тело, шея укреплена кольцом, суставы заменены шарнирами. Движения — дерганые, но уверенные. Оно не рычало, не угрожало. Просто шло. Как система охраны, у которой нет эмоций, зато есть задача.

Я шагнул навстречу, клинок привычно лег в ладонь.

Первый удар — проверочный. Рубящий, по плечу, с расчетом на то, что обычная броня даст трещину.

Лезвие… скользнуло. Да, оставило царапину. Но именно царапину, а не рану. Существо даже не сбилось с шага.

— Ладно, — сказал я. — Понял. Мы сегодня без романтики.

Оно рванулось быстрее, чем выглядело. Рука — тяжелая, с металлическими пальцами — попыталась ухватить меня за грудь. Я ушёл в сторону, лезвием ударил по локтевому узлу. Снова — скрежет, искры, почти ничего.

Существо било без хитростей. Сильнее меня физически. Но медленнее в реакции. Я пропустил один удар по плечу — не потому что не успел, а потому что решил проверить доспех.

Божественный слой вспыхнул тонким сиянием и поглотил удар так, будто его и не было. Внутри всё равно отозвалось вибрацией — приятно не было, но терпимо.

— Отлично, — хмыкнул я. — Значит, можно не строить драму.

Я усилил клинок магией — совсем немного, тонким слоем по кромке. Это ощущалось как холодная плёнка, которая делает металл «чужим» для брони.