Он пошёл вперёд, выдавливая меня из центра зала. Я не мог дать ему загнать себя в угол: там он просто будет лупить, а я буду проверять качество брони до тех пор, пока один из нас не скажет «спасибо, хватит».
Я ушёл вправо, сделал вид, что отступаю, и в момент, когда он ускорился, подсек ему ногу — не надеясь на силу, а целясь по уязвимости: по узлу.
Лезвие скользнуло. Слишком крепко. Я усилил магией — короткой вспышкой, и повторил удар.
Теперь получилось. Не отрезал, но повредил. Существо качнулось, и я тут же вышёл на ближнюю дистанцию, ударил в шею, потом в бок.
Он поймал меня за руку.
Железные пальцы сомкнулись так, что я услышал, как хрустнула перчатка. Боль прошла через защиту — значит, давление было чудовищным
Я не паниковал. Паника — это когда ты ещё веришь, что тебе кто-то поможет.
Шагнул ближе, чтобы уменьшить рычаг, и ударил локтем в его «лицо». Не помогло. Тогда — удар клинком в кисть, прямо в сочленение.
Усиление. Резко. С риском.
Пальцы разжались.
Я отскочил, вдохнул, и почувствовал, что рука дрожит. Нормально. Живой.
— Хорошо, — сказал я. — Значит, ты и так умеешь. А теперь посмотрим, чему меня учили.
Я перестал экономить движения. Всё ещё экономил магию — но тело включил полностью.
Серия ударов: по ноге, по корпусу, по шее. Он пытался ловить, но я уходил. Он пытался давить массой, но я бил в узлы. Он был сильнее — да. Но я быстрее. И, главное, я мог ошибиться один раз. Он — нет.
В итоге он рухнул на колено. Я не стал добивать красиво. Просто вогнал клинок туда, где панцирь имел щель — под ключицу.
Существо дёрнулось, затихло.
Я выдохнул. Долго. Спокойно.
И посмотрел на клинок.
Он тоже был на грани.
— Пятый, — пробормотал я. — И все умерли героями. Прям качественный продукт.
За залом был проход в энергоцентр.
Там уже не было «охранников».
Но видны следы того, что кто-то ждёт.
Чувствовалось давление, как перед грозой. И я понимал: то, что видел лишь двери. А за дверями — настоящая кладовая.
Я не стал рваться вперёд.
Проверил кольцо: взрывчатка есть, оружие есть, дыхание ровное. Магии — достаточно, но не бесконечно.
И главное: я не знал, что именно лежит в самых глубоких залах.
Но точно знал, что наверху ничего интересного нет. Разряженные стержни, хлам и попытки подраться со мной за компанию.
Значит, всё важное — внизу.
Я усмехнулся.
— Ну что, господа древние, — тихо сказал я в пустоту. — Давайте без сюрпризов. Хотя… кого я обманываю.
И шагнул дальше, глубже, туда, где воздух был холоднее, а тишина — плотнее.
Туда, где город уже не спал.
Он слушал.
Я спускался всё ниже и ниже, и в какой-то момент поймал себя на том, что перестал пинать ногами обломки.